Господи, я до сих пор не могу поверить в то, как изменилось его тело.

Моя рука достигает его аккуратно подстриженных лобковых волос, затем передвигается, оказывается под напряженной плотью и обхватывает его теплые яички. Я нежно мну их в ладошке, чувствуя, как они тяжелеют, после чего перевожу руку выше и прохожусь по шелковистой коже его пульсирующей эрекции. Из кончика члена просачивается еще больше предэякулята, и мой рот тут же наполняется слюной.

Приподнимаясь и отрываясь от его бока, к которому до этого прижималась, я передвигаюсь ниже, поджимаю под себя ноги и склоняюсь к его члену. Я слизываю каплю, выступившую на кончике, и прикасаюсь в нежном поцелуе к его горячей плоти. Аксель издает тихий стон и немного шевелится, но не просыпается. Обхватив рукой огромную толщину его члена, я впервые замечаю какой он огромный. Поместится ли он у меня во рту?

Облизав губы, я широко открываю и засасываю в рот головку пениса, кружа по ней язычком, затем выпускаю его член изо рта и провожу языком от кончика до основания. Аксель издает более громкий стон, и краешком глаза я замечаю, как его рука сжимает в кулаке простыни.

Я продолжаю лизать и ласкать его пульсирующий член, из мужчины вырывается грязное ругательство и он дергается, в результате чего его тело резко перемещается вверх. Движение ошеломляет меня так, что я сбиваюсь с ритма, и член выскальзывает у меня изо рта с громким хлопком, который эхом разносится по всей комнате.

Его глаза потемнели от желания. Голод плоти завис в воздухе как дамоклов меч.

— Доброе утро, — произношу я, порочно улыбаясь. — Я проголодалась.

— Черт меня подери. Проголодалась? Господи, детка, ты меня убиваешь, — он улыбается, протягивает ко мне руки и тянет меня вверх по своему телу. — Детка, я люблю, когда твой ротик на моем члене, но больше всего я люблю твою киску, — он хватает меня за бедра и поднимает. Ему ни к чему прибегать к уговорам, чтобы войти в мое истекающее влагой тело. Я была готова к нему в ту секунду как открыла глаза.

Мы занимаемся любовью жестко и быстро. Не успеваю я опомниться, как мы оба уже кричим, одновременно достигнув пика наслаждения.

Я падаю на его грудь, покрытую потом, который смешивается с моим собственным.

— Доброе утро, Принцесса, — бормочет он в мои волосы.

Мы оба смеемся, и я прижимаюсь к нему ближе, наслаждаясь этой новой легкостью установившейся между нами. Мы какое-то время обнимаемся, затем он встает, чтобы очистить себя. Я улыбаюсь, когда он возвращается из ванной с влажной тканью в руке.

— Знаешь, я и сама могу себя очистить, — шучу я.

— Это моя обязанность. Мне нравится видеть свою сперму на твоей коже. Знать, что ты принадлежишь мне. Знать, что это результат моих трудов, — он насухо меня вытирает, наклоняется и целует мою чувствительную плоть, вырывая из меня громкие и страстные стоны.

Он непринужденно смеется, снова забираясь в кровать.

— В какой-то момент нам все же придется встать, — замечаю я, глядя в окно. Солнце висит высоко в небе, сообщая о том, что мы пропустили большую часть дня.

— Мне и здесь хорошо, сегодня я не намерен покидать эту кровать.

— Не хотелось бы указывать на очевидное, Аксель, но мы наверняка захотим подкрепиться, — прежде чем продолжить, я заглядываю в его искрящиеся весельем глаза. — Я не знаю как ты, но сегодня я планирую насладиться этим чертовски привлекательным телом по полной программе, и мне понадобится влить в себя немного топлива!

Его тело сотрясается от беззвучного смеха, и я снова уютно устраиваюсь у него под боком. Потянувшись, я касаюсь рукой татуировки с ангелом, которая наколота у него на другом боку. Отсюда мне не разглядеть основную часть, но насколько я помню, татуировка была выполнена со всей любовью и благоговением.

— Почему ангел? — спрашиваю я.

Он несколько секунд молчит, а потом отвечает.

— Взгляни поближе.

Это единственное, чего я удостаиваюсь.

Озадаченная его ответом, я сползаю по его телу вниз, и мое лицо оказывается в паре дюймов от татуировки. Я задыхаюсь от шока, когда мне удается как следует рассмотреть ее лицо. Это я. Черт побери, это же я.

— Эм… — с грехом пополам выдавливаю я из себя.

— Я говорил тебе, что ты была единственным человеком, которому я отдал свое сердце. Ты всегда была ангелом в моей жизни, Иззи. Ты вошла в мою жизнь, когда я большего всего в тебе нуждался, всегда жизнерадостная и одаривающая меня своей любовью. Не проходило ни дня, чтобы я не знал о твоих чувствах. Я сделал тату несколько лет назад. Может физически ты и не была со мной, но я не мог отрицать, что ты осталась в моих мыслях. Каждый прожитый день воспоминание о тебе придавало мне сил, и даже когда я думал, что потерял тебя навсегда, не смотря на гнев… — внезапно он замолкает, и я смотрю ему в глаза. — Даже не смотря на гнев от потери, я знал, что ты мой ангел. Мой свет.

О, мой бог.

— Я люблю тебя, Принцесса.

— Я тоже тебя люблю, — хрипло отвечаю я и устремляюсь в его объятья.

В этот момент я знала одно – все, что было разрушено за эти годы, наконец, удалось восстановить.

Я исцелилась. 

Один месяц спустя

Наша с Акселем связь все крепче с тех самых выходных, которые мы провели, закрывшись ото всех в его доме. Иногда я поражаюсь, вспоминая ту испуганную и потерянную девушку, которой была всего несколько месяцев назад. Он вернул меня к жизни. И я расцвела. У нас появились новые мечты и планы на будущее, и на этот раз, думаю, судьба оставила меня в покое.