Я сидел в своем кабинете, внимательно рассматривал и крутил в руках бляху связника. Ни щелочки, ни кнопочки — как же она включается? Маурика распахнула дверь бедром, руки у нее были заняты большим подносом, уставленным разнообразными яствами и напитками. Потом поставила его себе на голову, отпустила и начала ходить по комнате туда-сюда. Я с интересом наблюдал — цирк да и только! Ловкая девочка! Бедра так и виляют, а поднос даже не шелохнется! Наконец ей надоело и она плюхнула его на стол. Сама уселась в кресло и невинно захлопала ресницами.

— Ну как тебе?

— Еда-то? Так себе! — я взял поднос и вместе со всем содержимым выкинул его в окно, прямиком в кустик с цветами.

— Подозреваешь? Это ты зря! Я же сказала, что травить тебя не стану. Что тебе сказал тип из тайной службы?

— А ты откуда про него знаешь?

— Сам приказал следить и еще удивляешься? Вот кому бы я точно доверять не стала, я его в столице видела, мерзкий тип. Девочки шепнули, что его для самых темных дел используют.

— Он мое баронство выкупает. Я согласился, судя по всему за ним придворные в немалых чинах стоят. Принесет деньги и бумаги, узнаю точно.

— А как же я? Ты мне что обещал?

— Не волнуйся, не обману. Тебе тысячи золотом хватит?

— Для чего?

— В столицу вернуться или замуж за достойного человека выйти. Приданное получается очень и очень достойное.

— Ты такой щедрый!

— Заслужила, про судью рассказала, а теперь и про серого предупредила. Буду держать с ним ухо востро. Пойду я в кабак какой-нибудь, есть хочется. Ты продолжай следить за окружающими, мы с тобой к завершающей фазе нашего совместного предприятия подходим. Нельзя опростоволоситься.

— Я буду стараться, моя судьба тоже от этого зависит, я все понимаю. — Маурика ушла.

В питейное заведение я не пошел, прямиком направился в лавку мудрых советов. Выложил серебрушку и начал расспрашивать старика про городских механиков. Взял у него адрес лучшего мастерового в городе и пошел к нему. Поздоровался и завел разговор:

— Говорят, ты специалист по разным необычным штукам? Огнестрельным оружием и боеприпасом занимаешься?

— Есть немного. Вот к примеру, я пытаюсь удешевить производство стволов для аркебуз и облегчить их заодно. Пока не очень выходит, выплавляю металл в тиглях, получается что-то среднее между железом и оружейной сталью. — он показал мне большое количество трубок различного диаметра. — Видишь какие стенки тонкие? Пробовал их порохом разорвать — прочные. Одно плохо, каверны быстро появляются, состав пороха надо подбирать по-новому.

— Всепогодные фитили делать умеешь?

— Ты про те, у которых наконечники от удара загораются?

— Ты состав знаешь?! — обрадовался я. — Я думал, что изобретатель в Заречье умер и секрет не раскрыл.

— Кто тебе эту глупость сказал? На самом деле их еще лет сто назад придумали, только применения они широкого не нашли. Возни много и процесс производства опасен и дорог, там ртуть используют и серебро. Получается что бы фитиль запалить, ты монеты в распыл пускаешь. Небось твой якобы изобретатель, деньжат с начальства срубил?

— Не знаю, возможно и так. Пружины у тебя есть? Выдержанное дерево на ложа? Пластины металла? Инструмент? Тиски, напильники и прочее?

— Придержи перка! — засмеялся мастер. — У меня такого добра навалом, даже воспламеняющий состав есть, я его в фейерверках использую. Что тебе конкретно нужно?

— Все! — решительно ответил я. — Мастерскую беру в аренду до вечера. Возможно и завтра она понадобится. И поесть из кабака. Десять золотых!

— По рукам! — не менее решительно сказал мастер. — Делать-то что станешь?

— Секрет.

В итоге я завис в мастерской на четыре дня, доплатил еще пятнадцать монет. В городской совет направил посыльного, уведомил где меня искать. Работал, только изредка отвлекаясь на бумаги и посетителей. Народ конечно пальцем у виска крутил — барон с ума сошел, но мне было все равно. Вооружился по полной программе под патрон центрального боя. Сделал два новых, четырехствольных пистолета и двухствольный дробовик-хауду, обрез не обрез, ружье не ружье, а что-то среднее. После моих коряво сделанных, дульнозарядных поделок, это была просто сказка. Патроны высверлил из медного прута — перезаряжаемые, по тридцать штук на каждое оружие. Они как всегда были самой трудоемкой частью работы, их «Кусакой» под размер не подгонишь. Если бы не топор, я вообще не знаю сколько бы провозился, он у меня вместо станков был, кроме сверлильного. Экстрактор и тонкие медные пластинки заменили обоймы, что позволяло мне производить перезарядку с невиданной скоростью, для этой планеты конечно. Теперь я мог не бросать оружие после залпа, а при некоторой удаче использовать его вновь. Про запас заготовил капсюлей и пуль.

Выполз на свет солнышка с чувством глубокого удовлетворения. Старый пистолет разобрал на части и тожественно утопил в ближайшей канаве, все же он неплохо мне послужил. Направился в особняк и засел в кабинете за кружкой вина, которое естественно принес с собой, как и полоски вяленного мяса. Разложил на столике свое огнестрельное богатство, рядком выставил патроны и начал полировать все кусочками замши. Части оружия должны быть гладким, как попка младенца, самый маленький дефект и заусенец способны испортить все дело. И вообще люблю я это дело, руки заняты несложной рутиной, а голова отдыхает. Медитировал часа два, а потом пришла Маурика и начала доставать меня расспросами. Настрой у меня сразу же пропал, я свинтил все обратно. Только было собрался послать сверх всякой меры любопытную девицу, как произошла странная вещь. Она замолчала на полуслове и замерла так, как будто прибор выключили.