Мы и не теряли -- экзамены надвигались с неотвратимостью Хогвартс-экспресса, и хоть мы особенно не переживали (с таким-то наставником!), все равно заразились всеобщей нервозностью.

– Самое ужасное, что вы можете сделать -- это запороть зелье, - сказал нам Том.
– По прочим предметам, если получите меньше "выше ожидаемого", я вас не выпущу отсюда, пока не исправитесь.

Потом он подумал и добавил:

– Ладно, ради истории магии и полетов сделаю исключение, так и быть... Кстати, а как насчет нападений? Прекратились?

– Да, волшебным образом прекратились, как только Дамблдор покинул школу, - фыркнула Джинни.
– А Хагрида, кстати, выпустили. Только он какой-то пришибленный ходит.

– Наверно, его допрашивали, - предположила Луна.
– С веритасерумом. А может, легилиментили. Это неприятно.

– Ну, зато убедились, что он ни при чем, - вздохнул Невилл, который тоже жалел лесничего, пострадавшего ни за что ни про что. В прошлый-то раз он хоть акромантула в замке прятал, а теперь вообще оказался сбоку припека.

Что до нападений, то у нас банально не хватало времени планировать очередное покушение. Вдобавок постепенно начали приходить в себя наши первые жертвы.

Ей-ей, я даже растрогался, когда увидел, как Филч обнимает свою миссис Норрис и чуть ли не плачет от счастья! Кошка, к слову, с тех пор обходила нас далеко стороной и делала вид, будто не замечает, что мы находимся после отбоя в неположенном месте. Это была очень умная тварь...

Потом очнулся первокурсник-фотограф, а следом и остальные. Я слышал, всем вливали зелье из мандрагор, чтобы оживить, и надеялся, что на наших жертвах оно не скажется каким-нибудь неожиданным образом. Том сказал, что ничего с ними не случится, и я предпочел поверить ему на слово.

По счастью, никто ничего не мог рассказать о нападавших. Никто ничего не видел, а если и слышал -- то только странные шорохи, не более того.

Очнулся и Перси, и мы с Джинни отправились его навестить, спугнув Пенелопу Кристал, ворковавшую что-то определенно нежное.

– Ну... ты как?
– неуклюже спросил я, убедившись, что брат жив-здоров, только мрачен по самое некуда. Я бы подумал, что он переживает из-за экзаменов, если бы не знал, что всем пострадавшим разрешили сдавать их осенью, чтобы они успели нормально подготовиться. В конце концов, не по собственной же воле они провалялись пару месяцев без сознания!

– В порядке, - ответил он, глядя куда-то в сторону.

Перси как-то изменился, только я никак не мог понять, в чем именно. Ну, похудел немного и побледнел, это ясно, но у меня сложилось впечатление, будто в нем что-то надломилось. И не могу сказать, когда именно это случилось: когда он стал жертвой нападения или когда услышал (видимо, от Пенелопы) об отстранении директора.

– Точно?

– Да. Я напишу родителям, что со мной уже все в порядке, - сказал он.
– Если близнецы не успели первыми. Передать им что-нибудь?

Это предложение стало для меня такой неожиданностью, что я только головой помотал, а Джинни серьезно попросила:

– Напиши, что мы их любим по-прежнему, но вынуждены искать свою дорогу в жизни. Так, Рон?

– Да, пожалуй, - кивнул я.
– Ну и можешь добавить, что у меня "превосходно" по двум экзаменам, а у Джинни -- аж по трем. Остальные еще не сдавали, рано.

– Ладно, передам, - кивнул Перси и вздохнул.
– Сколько же я пропустил...

– Не так много, - утешил я.
– Все равно никто толком не учился, монстра ловили. Ходят слухи, что экзамены хотели вовсе отменить, но попечители встали на дыбы, мол, как это -- кто-то лоботрясничал, кто-то учился, и всех переведут на следующий курс?

– Малфой...
– с непонятным выражением протянул брат.

– Он самый, - усмехнулась Джинни.
– Но он прав. Мы вот не геройствовали, а учились, так что спокойно сдаем по программе. Пострадавшим экзамены перенесли на осень, сам знаешь. Ну а прочие пусть крутятся, как хотят!

– Согласен.
– Перси помолчал, потом спросил: - А Дамблдор вернется или нет, что у вас говорят?

Мы переглянулись. В принципе, это было секретом Полишинеля, так что можно было и рассказать.

– Там мутное дело, Перси, - сказал я.
– Малфой, ясно, не хочет, чтобы Дамблдор снова занял директорское кресло, но, хоть он и влиятельный тип, часть попечителей, я слышал, уже пошла на попятную. Да и в Визенгамоте с Министерством многие на стороне Дамблдора. Так что, думаю, сейчас Малфой сольется по-тихому, без скандала -- доказательств-то у него никаких нет, нападения прекратились, все живы. Так что на будущий год у нас будет прежний директор.

– Ясно, - кивнул он, снова о чем-то задумавшись.
– Вы домой так и не собираетесь? На каникулах?

Мы с сестрой переглянулись и решительно помотали головами.

– У миссис Лонгботтом спокойнее, - сказала Джинни.
– Она нас многому учит, такого в школе не преподают. А если ты о деньгах, то...

– Вырастем -- рассчитаемся, - закончил я.
– Хотя не такие уж получаются большие траты, она сама говорила. Нам много не нужно.

– Понятно... Идите, отбой скоро, - сказал Перси и снова о чем-то задумался.
– Спасибо, что навестили.