– Вот что Слизерин с людьми-то делает...
– пробормотала она, и я так и не понял, было это ругательством или похвалой. Меж тем миссис Лонгботтом перевела взгляд на меня.
– Рональд, ты понимаешь, что я не могу взять на лето твою сестру вопреки воле твоих родителей?

– Но меня же можете...

– Ты хотя бы в школе учишься, - вздохнула она.
– Ладно, впереди еще уйма времени, придумаем что-нибудь. С Артуром-то я сумею договориться, он человек разумный... относительно, а вот с супругой пусть сам управляется!

– То есть...
– не поверил я своим ушам.

– Одним ребенком больше, одним меньше, какая разница!
– поморщилась миссис Лонгботтом и встала, расправляя складки капота.
– Признаюсь, я была в ярости, когда узнала, куда угодил Невилл, но теперь вижу, что ему это на пользу. Хотя бы возражать научился... Ложитесь-ка спать, мальчики!

Она ушла, а мы с Невиллом переглянулись.

– Что это на тебя нашло?
– спросил я.

– Сам не знаю, - ответил он задумчиво.
– В голове что-то щелкнуло. Но, Рон, ты ведь и сам думал, что неплохо бы выдать Джинни за меня замуж?

– Да, - честно сказал я.
– Ты добрый, ты никогда ее не обидишь, а твоя бабушка живо отвадит наших родственничков. А Джинни тоже добрая, веселая, готовит отлично... это я уже говорил, и уже неплохо разбирается в зельях. Могла бы помогать...

– Я ей однозначно не понравлюсь...
– пробормотал Невилл.
– Ты колдографию показывал, она худенькая, а я...

– А ты прекрати булочки на ночь жрать, вдруг поможет?

– У меня нервы!

– А ты не нервничай! Было бы, из-за чего! Подумаешь, зелье не так сварил! На отработке заново сделаешь... раз пять.

– Тоже верно, - неожиданно согласился он.
– Попробую. Худющим вроде тебя не стану, но все ж таки...

Он протянул мне руку, я крепко пожал ее (кстати, Невилл очень сильный, хотя и выглядит этаким плюшевым медвежонком) и отправился спать. Честно говоря, мне не верилось, что миссис Лонгботтом и вправду согласилась взять на лето Джинни... С другой стороны, у меня был свидетель! И оставалось только убедить родителей, и вот этого-то я ждал с ужасом...

Глава 8. Сестра

Время до летних каникул пролетело незаметно. Кажется, Гриффиндор чем-то отличился, но я не вникал, не до того было: я знал, что если не стану учиться как следует, ничего хорошего мне в жизни не светит. А первый курс -- это основы, поэтому надо разобраться сразу, а не наверстывать потом. Кое-что я, конечно, знал, все-таки из семьи волшебников, но этого было мало. Дома я нахватался по верхам, и понятия не имел, как работает то или иное заклинание, даже если умел его использовать (да и тренироваться не мог, куда мне было с моей поломанной палочкой!). Приходилось часами сидеть в библиотеке вместе с Невиллом -- тот-то до школы вообще колдовать не мог, ему приходилось еще сложнее, - но оно того стоило.

Кстати, слова о том, что Слизерин -- одна семья, пустым звуком не были. Все прекрасно знали, кто я такой и что у меня за семья, но подчеркнуто это игнорировали. Я был просто первокурсником. Не братом Фреда и Джорджа, я уж молчу о Перси или там Билли с Чарли, а просто Рональдом Уизли. Да, я был плоховато одет по сравнению с тем же Малфоем, но благодаря тому походу за покупками стал выглядеть довольно прилично. И учился я неплохо: пусть в отличники и не метил, но обязательную программу выполнял от и до. Я уже сказал Невиллу, что летом мы будем тренироваться до упаду, потому что ему плохо даются кое-какие заклинания, мне тоже, а поскольку рядом будет его бабушка, то мы сможем невозбранно пользоваться палочками. Он вздохнул и согласился. Мне показалось, что Невилл почти перестал нервничать, а потому делал куда меньше ошибок. Ну и слава Мерлину!

По итогам года Слизерин проиграл: гриффиндорцы снова отличились, директор щедро отсыпал им баллов, так что отрыв у них получился изрядный.

– Не переживайте, - сказал нам Флинт.
– Это грязная игра, а вы здесь ради того, чтобы чему-то научиться, а не просто словить еще парочку баллов, ясно?

Младшекурсники согласно кивнули и разошлись по своим спальням, вещи собирать. Может, кто-то и расстроился, но тут не принято было выказывать истинные эмоции.

– Обидно, - сказал Невилл, когда мы уже сидели в купе, - все старались, а гриффиндорцам начислили баллы не пойми за что.

Я только плечами пожал: начислили и начислили, а по какой причине, дело десятое. Я слыхал от родителей, что от Дамблдора вообще трудно добиться внятного ответа, вечно он говорит обиняками. Да и Мерлин с ним! Я вот куда больше опасался родителей, и не зря...

Для начала, со мной не стали разговаривать, даже поздоровались сквозь зубы, а вот Перси и близнецов чуть ли не облизывать начали, расспрашивать о том, как прошел год... А мне что, я пожал плечами да ушел к себе на чердак. Накормить меня накормят, это точно, а разговаривать я ни с кем не хотел.