Ох как бы он хотел избежать этого разговора. И уж тем более проверять материнские чувства миссис Анны. Этих гордых аристократов не поймешь. Вот так взыграет спесь, и лучше подохнут, чем подчинятся воле своего же раба, который еще пару часов назад дрожал при виде господина.

Конечно Перегудов мог и так сказать, где находится казна. Вот только делать этого он не стал. Вообще, надеясь на помощь продюсера никогда не следовало забывать о том, что она всегда будет своеобразной и далеко не всесторонней. Вот и сейчас Шейранову приходилось блефовать, и выглядеть достаточно убедительным, в тайне надеясь, чтобы спесь не ударила в голову госпожи Джонсон.

– И что будет со мной после того, как я покажу вам казну?- Резонно поинтересовалась миссис Анна, а Патрик мысленно вздохнул, всячески стараясь скрыть охватившее его облегчение.

– Ничего. Вы выпьете стакан воды, и приляжете на диван, рядом с вашей дочкой. Утром же, вы вместе откроете глаза. Не поручусь, что произойдет это одновременно. Но вы непременно проснетесь,- пожав плечами, ответил Патрик.

– Хорошо, я покажу где находится казна,- сверля его ненавидящим взглядом, ответила женщина.

Ничего сверхъестественного, никакого тайника. Просто небольшой подвал с каменными ступенями, стенами и полом. Разве только вход из библиотеки. В углу стоит довольно объемный сундук, в котором обнаружились серебряные монеты. Изрядно. Серебро перегрузили в нашедшиеся здесь же четыре кожаных мешка, в каждый из которых поместилось около тридцати кило драгоценного металла.

– Неплохо. Где-то около тысячи фунтов,- с явным удовольствием заключил Антэн.

– Действительно, неплохо. Уходим.

– Но господин доктор, это не все,- уверено произнес Дарак.- Здесь только серебро, и ни одной золото монетки. Должен быть еще один тайник.

– И что я должен сделать? Пытать ее? А может ты и впрямь решил, что я готов убить ребенка?

– Но...

– Никаких но. Будь здесь ее муженек, я даже не сомневался бы. А так. Забираем то что есть, и уходим с гордым видом победителей. Шевелите ногами.

Анну он нашел там же где и оставил. На диване в гостиной, со связанными руками, и под присмотром Айне. Девушка отложила в сторону спящую девочку и вооружилась по этому случаю врученным ей пистолетом. Благо оружия в доме хватало. Двое мужчин, связав хозяйку снесли его в гостиную, приготовив к переправке в лагерь рабов.

Конечно ноша получалась изрядная, но они и это предусмотрели, прихватив от флигеля с прислугой тачку садовника. Вполне достаточно, чтобы с относительной легкостью доставить крупную добычу в поселок рабов, где сейчас во всю готовился караван.

– Миссис Анна, мы нашли деньги, и именно там, где вы и указали. Иными словами, вы свою часть сделки выполнили. Теперь моя очередь,- говоря это, Патрик отсыпал в стакан какой-то порошок, после чело налил в него воды и размешав протянул госпоже Джонсон.- Пейте.

Женщина которой уже развязали руки, потерла запястья, явно затекшие от веревок, и посмотрела на своего раба долгим взглядом. Нет, на этот раз в нем не было ненависти. Она пыталась понять, насколько можно ему верить в подобной ситуации.

– Пейте, это не яд. И потом, мне нет надобности вас травить. К примеру Джеймса мы уже повесили, на воротах поселка. Так к чему же нам церемониться с вами. Если бы я хотел вас убить, то уже это сделал бы, без дурацкой игры со стаканом воды. Пейте.

Женщина выпила воду, все время глядя в глаза Патрику. Потом поднявшись на ноги, подошла к дочке, легла рядом с ней, и прижала дорогое существо к груди. Вскоре ее глаза заволокла поволока. Какое-то время она еще сопротивлялась, но вскоре зелье сделало свое дело, и она погрузилась в сон.

Едва убедившись в том, что она уснула, Патрик направился на выход, не забыв погасить свечи, чтобы ни дай бог не случился пожар. В дверях он остановился и посмотрел на диван, где мирно спали мать и дочь, освещаемые лунным светом, льющимся через высокое окно. Шевельнулась было мысль о том, что вот сейчас он оставляет за спиной врага.

Но мысль была мимолетной. От нее дружно отмахнулись обе ипостаси этого тела. Кларк не мог себе позволить поднять руку на даму. Умереть спасая жизнь женщины или заступаясь за ее честь, это да. Но хладнокровно убить... Шейранову доводилось убивать много. Так уж сложилась его жизнь. Но убивать женщин, как-то не случалось, и он надеялся, что сможет избегнуть этого и впредь.

Поэтому Патрик резко обернулся и вышел на улицу поспешив вслед ушедшим троим товарищам. Время стремительно текло, и его становилось все меньше. А вот сделать предстояло все еще очень много. Заполучить казну, обезопасить тыл на несколько часов, и организовать выступление каравана на северо-восточный берег острова, это только начало. Основную фазу предстояло реализовать в порту. И признаться здесь любая неожиданность могла быть роковой.

До города отряд из двух десятков, теперь уже бывших рабов, добрался через два часа с начала событий. Ничего сложного, при наличии хорошо накатанной дороги, и средней скорости пешехода. Патрик намерено приказал никому из них не брать с собой оружие. Все стреляющее и режущее осталось в руках отправившихся пересекать остров. В случае если что-то пойдет не так, этим двум десяткам все одно не отбиться, хотя бы потому что они не солдаты. Большинство из них никогда не держало в руках не то что огнестрельного оружия, но и холодного. Самое серьезное, что побывала в их руках, это топор. Так что, случись провал, им предстояло вернуться под плеть надсмотрщика.