Ох.

– Кэти? – с другой стороны дороги пришел Томо, он держал по банке чая с молоком в каждой руке. Увидев Джуна, он прищурился. – Такахаши.

– Юу, - усмехнулся Джун, его глаза сияли. Он поднял руку, чтобы было видно перевязанное запястье. – Не хочешь присоединиться к моему кругу?

Томохиро передал мне банки с чаем, но не сводил взгляда с Джуна.

– Если не уберешься отсюда, я сломаю тебе второе запястье.

Уголком глаза я видела, что полицейский дернулся. Он тоже слышал Томо, это привлекло к нам внимание. Я должна была остановить их.

Джун опустил руки.

– Я просто хочу посмотреть на фейерверк, Юу. Но я могу отойти в сторону, если ты этого хочешь.

Томо шагнул к нему, его глаза горели.

– Да. А лучше прямиком в ад.

Полицейский напрягся и прижал к уху рацию. Атмосфера накалялась, а я не могла их остановить. И я хотела помочь Ками. Да я не могла остановить даже двух идиотов, у которых взыграли гормоны.

– Томо… - начала я, двинувшись к нему.

– Нет, все в порядке, - сказал Джун. – Я пойду.

И тут раздался грохот.

Я подскочила, испугавшись. Джун выстрелил? Или полицейский?

Бум! – и небо озарили огни.

Фейерверк. Я судорожно выдохнула.

Мы смотрели на небо, боевое настроение тут же сошло на нет, а над городом раскинулись сполохи света. Толпа суетилась, прижав нас троих друг к другу и к поручню. Я была барьером между Томо и Джуном, и это было неудобно. Совсем не удобно.

И тут я вспомнила слова Юки, что тот, с кем смотришь на фейерверк, будет с тобой рядом навеки.

Можно ли доверять Джуну? Даже Томохиро был непредсказуемым. Он ужасно поступил этим вечером с Шиори. А если он снова решит оттолкнуть меня? Кто вообще говорит правду? Хотелось бы мне понимать больше. Я должна была понять, что значит быть связанной с Ками, иметь внутри себя чернила.

Еще один раскат грома, но по небу расплескались не цвета, а маслянистая вспышка. Все вдруг закричали и побежали в стороны.

Чернила падали на нас черным дождем, теплые капли попадали на лицо и рукава юката.

И снова грохот, и чернила вместо огней раскинулись по небу, капая на толпу. Полицейский забыл про нас и теперь говорил по рации о происходящем. Мимо пробежала женщина, закрывающая голову руками. Она толкнула меня на поручень, и я потеряла равновесие. Я выронила банку с чаем, попыталась ухватиться за поручень, пока не упала. И две пары сильных рук схватили меня за плечи и втянули обратно.

Томо. И Джун. Спасали меня вместе.

– Бежим отсюда! – крикнул Томохиро. Я кивнула, он схватил меня за руку и потащил сквозь толпу. Я оглянулась на Джуна. Он безмолвно стоял и смотрел, как мы уходим, чернила падали на него, стекая по коже черными полосами. Когда я оглянулась еще раз, его не было видно в толпе обезумевших людей.

Я бежала, стараясь держаться близко к Томо.

– Это был ты? – прокричала я, но он не ответил. Я не слышала ничего из-за криков. Черные чернила капали, а мы бежали на станцию, промокнув от них.

Ничто не наладилось, теперь я это понимала. И я не могла убежать от этого. Чернила про меня не забыли.

Моя судьба капала на нас с неба.

Мы ворвались на станцию и направились по платформе, остановившись у очереди. Путешественники смотрели на нас, а мы были перепачканы чернилами, но вскоре не мы одни привлекали их внимание – посетители фестиваля заполняли станцию. Об этом уже говорили в новостях с экрана на платформе. Там это назвали шалостью.