Кендоука в ужасе молчали.

– Свободны! – сказал Накамура, ученики поспешили в раздевалки. – Напасть на кендоука недопустимо, Юу. Что с тобой такое?

– Сами посудите, - сказал Ишикава. – Он сильно устал, тренер. Он мокрый, как рыба. У него, наверное, случилось помутнение.

– Ты, - Ватанабэ сузил глаза, указав на Ишикаву. – Тебя здесь быть не должно. Ты отстранен от кендо, пока полиция не закончит расследование.

Ишикава молчал. Приходить было опасно.

– Я хотел подбодрить Юуто, - тихо сказал он.

– Иди домой, - сказал Накамура. – У нас и без тебя проблем хватает.

– Он прав, - добавил Ватанабэ. – Юу устал, вот и не справился. Кэти, ты в порядке?

– В порядке, - голос дрожал.

Томохиро тяжело вдохнул, он смотрел на меня и явно сдерживал слезы. Он не мог подавить страх, попытался отвлечься, сняв с волос повязку.

– Суманакатта, - тихо повторил он.

Я не могла поверить. Я не хотела верить. Он проиграл чернилам и едва не ударил меня.

Ками в нем брал верх.

<p align="right">

<p align="right">

Томо и Ишикава разговаривали возле раздевалок, когда я вышла.

– Кэти, - Томохиро поспешил ко мне и положил ладони мне на плечи. – Ты в порядке?

– Порядок, - сказала я, - но лучше бы ты не пытался раскатать меня в блинчик.

– Грин, - Ишикава пробежал рукой по белым волосам. – Это было близко, - с чего это он переживает за меня? Я уже не понимала друзья нам Джун и Ишикава или враги.

– Разве ты не должен отдыхать дома? – спросила я.

– Должен, - Ишикава принялся расстегивать рубашку, я заслонила рукой глаза.

– Вот только светить передо мной телом не надо.

– Глупая. Рана же, - он отогнул край рубашки и показал бинты. – Все еще кошмарно болит, но они вытащили пулю, так что я не буду звенеть на металлоискателях.

Томо заправил прядь волос мне за ухо, а Ишикава отвел взгляд, нам обоим было неловко.

– Ты точно в порядке? – я знала, что Томохиро был не в себе, когда напал, но мне нужно было время, чтобы все переварить.

– Что это было? – спросила я. – Ты уже терял контроль, но не так. То есть, рисунки срывались, но не… ты.

Ишикава тут же вмешался:

– Не думаю, что об этом стоит говорить здесь. И мне бы хотелось чего-то, кроме супа конняку.

– О нет, конняку, - я закатила глаза. – Пытки похуже пулевого ранения.

– Может, окономияки? – спросил Томохиро.

– Хорошо, идем, - сказала я, мы отправились по коридорам в гэнкан, чтобы переобуться. Мне не верилось, что я пойду обедать с Ишикавой.

Но он меня спас. Может, он все-таки изменился.

В гэнкане Томо и Ишикава пошли к полочкам третьеклассников. Я смотрела на них и понимала, что я – лишняя. И вел себя со мной хорошо Ишикава только из дружбы с Томохиро.

Мы отправились в место, где подавали окономияки и сели напротив друг друга, нас разделял черный стол. Я схватила меню и разглядывала кандзи ингредиентов. Многие были записаны катаканой, которую использовали для иностранных слов. Хаму. Чизу. Бэкон. Мне же хотелось доказать им, что я все понимаю, и заказать ветчину, сыр и бекон. Я уставилась на ингредиенты, кандзи которых не знала. Но пока я пыталась их расшифровать, подошла официантка, и Ишикава сделал общий заказ.