– Но тетя Диана живет в Японии, - сказала я.

– Я знаю, милая.

– Япония.

– Знаю. Но это хорошая страна. Там милые люди, я там была пару раз.

– Бабушка, я даже не знаю язык!

Она сжала мои ладони в своих, но в этот раз я чувствовала ее слабость.

– Это уладится, - сказала она.

Словно я была спутанным клубком ниток, который можно распутать, который еще можно превратить во что-то другое, в новую жизнь, что подошла бы мне лучше. Но старая жизнь все равно будет проступать сквозь этот рисунок.

Мама умерла. Разве можно это исправить за минуту? Это вообще нельзя исправить. Отправить меня подальше, чтобы жизнь изменилась. Я просто затеряюсь там, где все будут поглядывать на меня с опаской. Была ли бабушка на моей стороне? Ее глаза были уставшими и печальными. Я знала, что она меня любит, но видела не меня. Она видела во мне маму, но уже не могла до нее дотянуться.

А я осталась одна. Одинокой. И эта боль в груди грозила разбить меня на куски. Я хотела исчезнуть.

В дверь постучали. Почти все гости ушли, вернувшись к своим жизням.

А у меня осталась эта жизнь. И она разваливалась на куски.

Стук стал громче, я не ответила, а дверь уже открылась, и в комнату вошла тетя Диана с тревожным видом.

– Эй, - сказала она.

Я лежала на кровати. Какой из тети Дианы опекун? Я ее почти не знала.

Бабушка села рядом со мной, гладя меня по ноге, а я смотрела в потолок.

– Так… ты уже знаешь? – поняла Диана.

– Я не понимаю, - сказала я. – Мама не хотела отпускать меня в Японию. Что изменилось?

– Думаю, ей было важно, чтобы ты осталась с тем, кто о тебе позаботится, - сказала бабушка. – Диана сможет, Кэти.

«А ты не сможешь? – подумала я. – Ты же меня любишь? Тогда так не поступала бы».

Если теряешь все, становишься ребенком.

– Я знаю, что это будет сложно, - добавила Диана. – Но мы – семья, я хочу тебе помочь.

– Тогда дайте жить с бабушкой, - бросила я.

Бабушка одернула руку.

– Кэти.

– Все хорошо, мам, - сказала Диана. – Она растеряна. Кэти, ты же знаешь, как бабушке с дедушкой сейчас трудно. Давай подождем, пока все не наладится?

– Я не хочу, - сказала я, Диана помрачнела. Да, я чувствовала укол вины, что так себя вела, но жизнь рушилась на глазах. И только так я могла бороться. – Ничего личного, тетя Диана, но я даже не знаю язык. Знаю только Хэллоу Китти и суши, вот и все.

– Просто Диана, - отозвалась она со смешком. – Не могу привыкнуть, что я – тетя. Но все в порядке. Ты быстро освоишься. Я тебе помогу, а еще помогут дополнительные занятия.

– Я не могу, - заявила я, но это лишь выдало страх. Слишком много перемен. Конечно, поездка в Японию была бы прекрасной, но не из-за смерти матери. Я хотела остаться с мамой. Только и всего. А не быть изгнанной на другой конец света.

А еще тот разговор с мамой. Я каждый раз вспоминала ее лицо, когда она не пустила меня на каникулы в Японию. А если ты не вернешься? А теперь меня собирались отправить туда, словно ее слова сбывались, словно там меня ожидало что-то ужасное.

Но это безумие, да? Ведь хуже уже стать не может. К чему тогда этот страх?

Бабушка и Диана переглянулись.

– Ладно, - сказала Диана. – А если ты останешься тут?

– Одна? – отозвались мы с бабушкой.

– Нет, с Линдой. Ненадолго. Учебный год в Японии начнется лишь в конце марта, а посреди года я тебя туда приводить не хочу. Вдруг дедушке станет лучше? И у тебя будет время понять, чего хочешь ты.