От Сары не ускользнуло выражение негодования и расстройства на лице Вагнера. Интересно, он переживает за всех жертв Ромео или его так взволновала именно смерть Мелани? Она вспомнила, какие дифирамбы он пел ее сестре. Неужели и он попал в сети Мелани?

Она отвернулась от него, еще больше расстроившись от своих наблюдений.

— Сара?

— Господи, ведь это мог быть кто угодно. Случайный знакомый. Любовник. Пациент. Приятель. Разве удастся вам его найти? Остановить?

— Мы найдем его, Сара. Обещаю вам.

Она угрюмо покачала головой, видя написанную на лице Вагнера беспомощность.

Ты Ромео не соперник, подумала она. Нет среди нас никого, кто мог бы противостоять ему. Остановить его.

Она опять отвернулась от него и уставилась на кровать сестры. Вид голых пружин — матрац и постель увезли на экспертизу — был столь же устрашающим и омерзительным, как и залитая кровью гостиная.

— Как такого монстра земля носит? — Странный вопрос из уст женщины, всю жизнь прожившей с монстрами.

И вялый ответ Вагнера:

— Если бы я знал, Сара.

Когда чуть позже Вагнер подвез Сару к ее дому, она с облегчением увидела, что ряды репортеров поредели. Возле витрины соседнего порномагазина маячила фигура Аллегро.

Проклятье. Она так надеялась провести остаток дня в постели.

Вагнер выбрался из машины и бросился открывать ей дверцу.

Аллегро направился им навстречу, устремив взгляд на Сару.

— Мне нужно задать вам всего лишь несколько вопросов.

Здорово. Как раз то, о чем она мечтала. Отвечать на бессмысленные вопросы. Особенно в таком состоянии, как сейчас. Когда колотит дрожь, а в голову лезет всякая чушь — скажем, одобрила бы Мелани бледно-лиловое шелковое платье, которое она для нее выбрала? С помощью Вагнера. Он, пожалуй, был чересчур уверен в правильности выбора. Интересно, видел ли он Мелани в этом платье? Показалось ли ей, или на самом деле интерес Вагнера к ее сестре был далеко не профессиональным?

На Аллегро был все тот же мятый пиджак, что и накануне. Сара задалась вопросом, не единственный ли он у детектива. Правда, сегодня Аллегро побрился. Хотя и не слишком тщательно. Крошечный кусочек бумажной салфетки так и прилип к его щеке.

Детективы стояли рядом, и Сара, посмотрев на них со стороны, была поражена их внешним несходством. Взгляд ее несколько дольше задержался на Вагнере. Он действительно был хорош собой. «Интересно, есть ли у него девушка?» — подумала Сара.

О чем это я? Я что, теряю голову?

— Ей сегодня пришлось нелегко, — сказал Вагнер партнеру. — Может, ты подождешь со своими вопросами или, по крайней мере, дашь ей возможность прийти в себя, перекусить. Мы сможем зайти после обеда.

— Нет, все в порядке, — заверила их Сара. — У меня нет аппетита. И вообще мне хочется поскорее покончить с этим. Заходите.

Она пригласила их в квартиру, извинилась перед Вагнером за беспорядок, намекнув на то, что как раз собиралась заняться уборкой. Аллегро счел ее извинения излишними.

Детективы остались стоять, а она, спихнув с дивана ворох газет, уселась, скрестив ноги и сложив руки на колене.

Ей стало любопытно, как воспринимает ее Аллегро в мужском костюме. В отличие от Вагнера, его, казалось, нисколько не удивил ее экзотический вид. Возможно, он принял ее за слабоумную. А, в общем, какое это имеет значение? Какое ей дело до чужого мнения?

Она нахмурилась, разозлившись и на себя, и на полицейских.

— Перейду сразу к делу, — сказал Аллегро, чувствуя, как раскалывается голова после ночного загула. Сначала в баре «Джейкс» и потом у Ди Ди.

— Отлично, — ответила Сара. Тон ее был холодным и бесстрастным. Но ладони оставались влажными. Сложные эмоции, сотканные из страха, горя, злости, вины, не утихали в ней до сих пор.

Аллегро понимающе кивнул головой. Она напряглась. А вдруг он читает мысли? Он хмурился, о чем-то сосредоточенно размышлял. У Сары вновь мелькнула мысль о том, что и у него жизнь не сахар. Ее опять посетило смутное ощущение некоего родства их душ. Ей захотелось видеть в нем союзника. С другой стороны — зачем он ей? Она не сделала ничего плохого.

— У вас нет ни малейшего представления о том, кто мог убить вашу сестру?

Вопрос был естественным в данной ситуации, но, услышав его, она почему-то уставилась на свои руки, с волнением отметив, что они дрожат. Она тут же убрала их с колена, сжала бедрами.

Аллегро повторил свой вопрос, на этот раз более решительно.

Она подняла на него взгляд.

— Вы хотите знать, имею ли я представление о том, кто такой Ромео?

Она с вызовом посмотрела на обоих детективов. Аллегро потер бровь. Вагнер плотно сжал губы. Судя по всему, оба они чувствовали себя неуютно под ее сверлящим взглядом.