Шрифт:
Входят четверо или пятеро актеров.
Добро пожаловать, господа, добро пожаловать. Я рад вас видеть. Добропожаловать, друзья. – О, старый друг! Как твое лицо обросло с тех пор, какмы не видались; или ты явился в Данию, чтобы запугать меня бородой? – А,юная моя героиня! Клянусь пресвятой девой, вы, государыня моя, с тех пор,как я вас видел, приблизились к небу на целый каблук. Молитесь Богу, чтобываш голос не надтреснул, как негодная монета. – Господа, добро пожаловать.Но скорее к делу. Как французские сокольники, мы напустим на все, что низавидим. Ну, какой-нибудь монолог. Покажи-ка свое искусство; прочтикакой-нибудь страстный монолог. Первый актерКакой же монолог, принц?ГамлетТы как-то говорил мне монолог, который никогда не читался на сцене; аесли и читался, то не более одного раза, так как пиеса, помнится, непонравилась большинству. Она была бисером для свиней. Но, по-моему и пословам тех, чье мнение о таких вещах я ставлю выше своего, это былапрекрасная пиеса, с хорошо распределенными сценами, написанная и просто, и сискусством. Помню, говорили, что в стихах нет соли для придания смыслуостроты, а в выражениях нет такого смысла, за который обвинили бы автора ввычурности. Называли это хорошею манерой, столько же умеренною, сколькоприятною, и находили больше красоты, чем прикрас. Я любил там главнымобразом один монолог, рассказ Энея Дидоне, и в особенности, где он говоритпро убийство Приама. Если он остался у тебя в памяти, начни с этой строчки,– постой, постой:«Свирепый Пирр, Гирканскому подобный зверю», —нет, не так; но начинается с «Пирра». —«Свирепый Пирр в доспехах черных, мрачных,Как замыслы его, подобен ночи был,Когда лежал сокрыт в предательском коне;Их страшный черный цвет теперь сменил другим он,Еще ужаснейшим: от головы до ногОн весь побагровел, как в мерзостном уборе,В крови отцов, жен, дев и сыновей; она,Засохнув, запеклась на нем в пожаре улиц,Что грозно пламенем зловещим убиеньюСветили горожан. Палим огнем и гневом,Измаран кровью липкою, с глазами,Как уголья, Пирр в адской злобе старцаПриама ищет». —Теперь продолжай ты. ПолонийЕй-богу, принц, хорошо прочитано, верным тоном и с большим чувством.Первый актер«Вот его настиг он. ТщетноЦарь бьется с греками: старинный меч рукеНе повинуется, где пал, там и лежит,И воли нет над ним. Боец неравный, ПиррНа старца ринулся, широко замахнулся, —Но лишь взвился со свистом грозный меч,Пал царь расслабленный. Недвижный Илион,Как будто ощутив его паденье, в прахПылающей вершиной рухнул. Страшный грохотСлух Пирра приковал; и вот, упасть готовыйНа дряхлую главу маститого Приама,Меч Пирра словно в воздухе застыл.И как злодей, изображенный кистью,Колебляся меж волей и деяньем,Стоял в раздумье Пирр.Но как мы часто видим перед бурей:Молчанье в небесах, недвижны тучи,Безмолвен буйный ветер, и на земле внизуКонец ознакомительного фрагмента.