– Кое-что нетрадиционное, а? – Абакомо улыбнулся и телепатическим сигналом остановил психогрыз. – Может, перестанем играть в бирюльки и начнем торг?

Черный маг горестно вздохнул, точнее, расширил на миг полевую структуру. Властелин Агадеи повеселел – до сего момента незваный гость проявлял из эмоций только злобу, торжество и в редчайших случаях – страх.

– Ты ведь не ради развлечения сюда пришел, верно? – спросил король.

Стигиец пристально поглядел ему в «глаза» и неохотно кивнул.

– У тебя есть основания желать мне зла?

Колдун не ответил ни словом, ни жестом.

– Не расположен к откровенности, – заключил Абакомо. – Жаль. Поскольку ты вполне наказан за несвоевременный визит, у меня нет причин желать тебе дальнейших неприятностей. Напротив, я бы мог предложить кое-что ценное в обмен на откровенность. К примеру, воплощение. – «Произнося» эти слова, он ловил каждое шевеление мага и с удовлетворением заметил новый «вздох».

– Тебе интересно?

Никакого ответа.

«Блокировка! – осенило монарха. – На него просто-напросто наложили заклятие. Вульгарно и примитивно. Запретили какие бы то ни было сделки».

– Что, нельзя торговаться?

Маг с тоской поглядел на манок, на неподвижное физическое тело, и Абакомо понял, что угодил в точку.

– А принимать подарки?

Дух чужеземного злодея преобразился – «плечи» раздались вширь, «живот» втянулся, в «глазах» вспыхнули зеленоватые огоньки возбуждения. Король азартно потер несуществующие ладони.

– Это уже лучше! Надеюсь, ты теперь не сомневаешься, что я способен сделать подарок, который даже величайшему из чародеев покажется королевским. И цвет моей ауры уже убедил тебя, что я из тех, кто привык держать слово. Итак, достойное перевоплощение в обмен на кое-какие сведения. При желании ты даже сможешь получить работу при моем дворе, но это, конечно, с условием, что дашь прочистить себе мозги и перестанешь злоупотреблять черной энергией. Как тебе такое предложение?

Было видно, как волшебник борется с соблазном и как побеждает соблазн.

– Вижу, ты смущен, – кивнул монарх. – Ничего удивительного. Насколько я понимаю, ты явился ко мне не по своей воле.

– Не по своей инициативе, так будет точнее. – Очевидно, маг, наконец, решился играть в открытую.

– Ага! Ты обладаешь даром речи. Замечательно. Можешь сказать, кто тебя послал?

– Нет.

– Табу?

– Табу.

– Для опытного мага Черного Круга, – заметил Абакомо, – ты слишком восприимчив к запретам.

– Запреты входят в условия договора, я принял их добровольно, – холодно ответил стигиец.

– Не торговаться и не открывать имени заказчика? Я правильно понял, ты работаешь по найму? Если б тебя послал твой властелин, Тот-Амон, то не было бы речи ни о каком договоре.

– Тебе не откажешь в рассудительности, о юный чародей. – Стигиец опустил «голову» в насмешливом поклоне.

– Я не считаю себя чародеем, но это к делу не относится. А что касается рассудительности, то позволь мне еще немного порассуждать. Если это не Тот-Амон – а какая, спрашивается, выгода повелителю Стигии искать ссоры с королем далекой крошечной страны, – то, скорее всего, кто-нибудь из моих соседей. Я прав?

Маг неторопливо кивнул. Абакомо воздел руки в притворном огорчении.

– О, всемилостивейшая Инанна! Когда же они образумятся, мои злокозненные соседи, когда утомятся плести интриги и возьмут с меня пример? Ну, разве я не образец доброты и скромности? Разве я не желаю всему человечеству, и в том числе этим прохвостам, только добра? – Он повернулся к чужеземцу и резко спросил: – Кто? Токтыгай?

– Фвах… – Неимоверная сила скрутила чародея, как прачка скручивает выстиранную рубаху, чтобы выжать последние капли воды. Абакомо вмиг понял, что сработал запрет произносить имя заказчика. Юноша пожал «плечами» – он ведь не требовал назвать имя, маг сам свалял дурака. Достаточно было сказать «да» или «нет», или просто кивнуть или отрицательно помотать «головой». Абакомо дождался, когда собеседник немного очухается, и насмешливо протелепатировал:

– Я не знаю человека по имени Фвах. Значит, не Токтыгай?

– Нет.

– Кто-нибудь из нехремских вельмож?

– Нет.

– Гм… Но – сосед… Вендийцы?

– И не они.

– Братья-разбойнички из Кара-Ала?

– Эти двое тут совершенно ни при чем.

– Так-так… Ну и задал ты мне задачку… Пандрский узурпатор никак не мог тебя послать, этот скупердяй скорее удавится, чем кошелек развяжет…

Маг энергично закивал, и Абакомо изумленно спросил:

– Сеул Выжига?

Опять кивок. Несколько мгновений монарх стоял неподвижно, осмысливая невероятную новость.