— У тебя знакомое лицо, — простоволосый черноволосый кентавр с чернющими бровями-стрелами подцепил пальцем подбородок девушки и с полнейшей бесцеремонностью принялся вертеть лицо так, чтоб скупые солнечные лучи высветили его черты. — Мы раньше встречались?

— Мечтай побольше, — окрысилась принцесса и попыталась укусить вражью руку. Кентавр чертыхнулся, потряс укушенным пальцем.

— Ты, девка, отведёшь нас к своему вожаку, — стараясь держаться подальше от оскаленного ротика девчонки, черноволосый дёрнул за верёвку и та безвольной змеёй упала к ногам девушки, словно и не её перекрутили-зашнуровали мёртвыми узлами вокруг девичьего стана.

Принцесса потёрла затёкшие запястья, размахнулась и… уже наученный горьким опытом, кентавр перехватил её руку ещё до того, как кисть взлетела в воздух.

— Поосторожней, — прищурившись, предупредил он, тряхнув густой гривой, нависая над девчонкой. В укушенной руке блеснул хищно загнутый кинжал. — В следующий раз можешь не досчитаться пальцев.

Дракониха предупреждающе заворчала, повернув к кентавру голову. Тот ещё сильней прищурился, но девчачью руку отпустил, хотя и не отошёл, как его соплеменники.

— Передай этому мулу, чтоб не распускал свои конечности, если хочет, чтоб они так же остались в сохранности, — прошипела Фелишия, не сводя сапфировых глаз с кентавра.

— А…э… моя подруга просит передать, что очень рада познакомиться.

Черноволосый удивлённо взглянул на дракониху. Ощеренная пасть говорила об обратном. Впрочем, челюсти звучно защёлкнулись. Клокотание в горле притухло.

— Ты её понимаешь?

— Да. А вы — нет?

— Дурында, нет, конечно, нас никто не понимает, кроме вас.

— А как же Гельхен?

— Эй, не переговариваться!

— Пошли его к чёрту от моего имени, козла безрогого!

— Что она сказала?

— Попросила извинения. Зачем вы нас задержали?

— Раз ты понимаешь дракона, значит ты не нерреренка. Ты нам не нужна, можешь быть свободна, — чернобровый отступил в сторону. Сивый кентавр с седыми косами подошёл к нему и что-то прошептал на ухо.

Фелиша сделала неуверенный шаг. Кентавры не шевельнулись. Рыжий так даже одобрительно усмехнулся в бороду. Принцесса оглянулась на тихонько урчащую тёзку. Дракониха независимо фыркнула и неопределённо дёрнула головой: иди, мол, без тебя справлюсь.

…ну да, я такая же — тресну, а не покажу слабости…

— А как же она?

Фелишия заискивающе округлила глаза и пару раз хлопнула коротким хвостом по земле.

— Эта тварь останется и ответит за гибель наших братьев, на которых натравила орду оживших мертвецов.

— Бред же полнейший! Вы на неё посмотрите — в чём только душа держится, она и лететь-то не может, что уж говорить о Феклисте, которая в двух днях перелёта?!

— Но буквально утром ваш дракон летал в сторону Янтарного края и даже успел вернуться раньше заката.

— Ага, и теперь плюётся клубами сажи оттого, что вся такая из себя неслабая.

— Это от того, что я вообще не огневик, — тихонько прошипела Фелишия, скромно влезая в спор. Но принцесса грозно цыкнула на неё и та отвалила.

— Твой дракон разворошил все могильники на нашей земле.

Дракониха попятилась назад от замахнувшегося копьём седого кентавра, чьи косы двумя упитанными змеями упали за спину. Стрела прожужжала над самой макушкой дёрнувшейся девушки. И угодила в чёрную чешую. Дракониха свела в кучку глаза, разглядывая шальной подарочек.

— Эй, дед, ты чего, сдурел совсем?!

Фелишия взвилась на дыбы, мотнула башкой. Стрела, едва зацепившаяся остриём, бесславно соскользнула и упала к ногам принцессы, которая еле успела отскочить от взбеленившейся рептилии. Лязгнули драконьи зубы, а в следующий момент сивый взбил копытами землю, придавленный разбушевавшейся жертвой своего произвола.

— Фелишия, назад! — не своим голосом заорала принцесса. Вокруг загомонили, забили копытами кентавры. Кто-то бросил лёгкое копьё, но дракониха отмахнулась от него хвостом.

— Вот съем его и успокоюсь, — сообщила она, явственно облизываясь. Покалеченную лапу поставила на придавленного кентавра, тут же испачкав его в своей крови. Тот молча пыхтел под драконом, но освободиться не мог. Дракониха же упорно вдавливала врага в чавкающую сыростью землю и тоже молчала. Только сопела всё громче, явно увлекаясь молчаливым поединком. Вряд ли она поставила перед собой задачу прихлопнуть обидчика, скорей хотела напинать, чтоб неповадно было в следующий раз пугать даму. Его же товарищи, вместо того, чтоб броситься другу на помощь, неожиданно взяли урчащую парочку в кольцо. Но не делать ставки, как сдуру показалось Фелише: хвосты внутрь, наружу ощетинились штыки и стрелы. Хмурый брюнет довольно грубо толкнул замешкавшуюся девчонку внутрь защитного круга и тоже потянулся к колчану за спиной.