Ни он, ни увлеченные схваткой маги не видят того, что вижу я. Как из того же дома выглядывает вторая пруха. Они ведь частенько парами охотятся, прухи-то.

Виден только кончик морды, тварь собирается показаться на глаза, лишь когда от нее нельзя будет увернуться. Сейчас воин повернется спиной… уже поворачивается…

Откуда прилетает стрела, я и сам не сразу понимаю. А выпущена она из моего лука и моими руками. Нет, ну не собирался же стрелять, что за наваждение? Может, и вправду врут сказки, а дело было как раз так, как мне брат да чародеи рассказывали? Что войну именно наши проиграли и напоследок Огненный Потоп устроили, чтоб врагу королевство не отдавать? Потому что, если это чародеи геррские меня так заколдовали, то таких в честном бою никак не одолеть, своими же руками себе глотку перережешь.

Воин от изумления застывает на месте (едва не поплатившись за это жизнью), я разворачиваюсь и стремглав бросаюсь в переулок. Нет, не их это работа, вон глаза чуть не вывалились от удивления. Просто голова у меня дурная… и руки дурные… и лук совсем уж дурной, потому как его дурные эльфы делали.

– Стой, лучник! Стой! Поговорить надо!

Надо же, столько герров столпилось, а поговорить бедолаге не с кем. Немые, что ли? Так с принцессой поговори, остолоп. А я лучше вот в этом доме спрячусь и подожду, пока вы, говорливые мои, подальше отсюда не уберетесь. Если я и сделал глупость (руки дураку оторвать!), это вовсе не значит, что и вторую сделаю… прямо сейчас.

В углу что-то подозрительно шевелится. Приглядываюсь внимательней, вроде как черный туман. Никогда о таком не слышал, значит, штука опасная. Все, чего не знаешь, опасно, правило такое. А те, кому на правила плевать, в наших краях долго не живут.

– Следы, видишь? В том дом ведут!

Ну спасибо, принцесса Ирэн! Спасаешь ее, из кожи вон, что та змея, лезешь, жизнью рискуешь, а она вот так, походя тебя врагам сдает. Или скучно ей одной в плену-то?

Шаги все ближе, озираюсь по сторонам, как загнанная крыса. Туман или что там в углу шевелится все энергичнее, до лестницы нипочем не добраться и из дома выскакивать поздно, хоть через дверь, хоть через окно.

Втискиваюсь между шкафом и стеной. Интересно, в комнате пыли нет вовсе, иначе задохнулся бы в углу. Туман этот ее жрет, что ли?

Герры уже внутри. Проскакивают парадное, врываются в комнату. Всего двое, те же, что на пруху первыми нарвались. Маги. Кладу руку на стрелятель, в помещении стрелять опасно, все обрушиться может, но если обнаружат, придется. Релли говорила, что стрелятель может и не помочь, если у них защита есть. Если за шкаф кто сунется, сразу выясним.

Решающий момент! Собираюсь в комок, готовый ко всему. Один из герров направляется в угол, где клубится черный туман, другой идет к шкафу. Еще пара шагов, и он меня увидит…

Но раньше кричит другой. Кричит так, что уши закладывает. Не от боли, от страха, знает, наверное, что это за штука в углу и чем она опасна (а ведь руку даю на отсечение, опасна, иначе с чего ему так вопить, будто ежа рожает?). Жаль, по-геррски кричит, ни слова не понять. А может, оно и к лучшему? Знай я, что там шевелится, может, уже бежал бы с геррами наперегонки куда подальше…

– Призрак? – Голос принцессы кажется шепотом после воплей геррского чародея. – Скорее отсюда! Быстрее!

Стало быть, призрак. Я их как-то по-другому представлял. Вот у Камня Душ, это да, призраки были, а этот кусок тумана, вдобавок черного, ну никак на призрака не похож.

Герров уже нет в доме, каблуки стучат по мостовой, как барабаны гоблинов. Осторожно выглядываю из-за шкафа…

Туман уже не клубится в углу. То есть по порядку. Он уже не в углу, а посреди комнаты. Он уже не клубится, вытянувшись от пола до потолка. Он уже не туман, принял очертания человеческой фигуры, все время меняющейся. Но вполне узнаваемой. Пожалуй, и впрямь призрак… а почему черный?

– Негром при жизни был, – смущенно говорит призрак.

Либо он мысли читает, либо я вслух думаю. Не знаю, кто они такие, негры эти, а всяк знает, черное – враг хорошего. Делать-то что? Удрать не могу, это мне через него придется пробежать, вон как вымахал, окаянный.

– А чего тебя боятся так? – спрашиваю.

Если сбежать не судьба, почему бы не поговорить? Перед смертью…

– Я охраняю покой Руины, – вроде даже с гордостью какой-то говорит.

– Плохо охраняешь. – Нашел, чем гордиться. Выходит, этот кусок не пойми чего – вроде городского стражника? Некромент, так сказать? – У тебя тут по улицам мертвяки неприкаянные шляются, нежить с нечистью чуть не в каждом доме живет, а ты и в ус не дуешь!

– Я от живых город охраняю.

Вот и поговорили. А чего еще от нежити ждать, мог бы и сам сообразить.

– Меня убьешь? – спрашиваю в лоб.

В конце концов, это единственное, что меня сейчас волнует.

– Я всех убиваю, – равнодушно сообщает призрак и тянется ко мне.

Вскидываю стрелятель. Я бы и отпрыгнул еще, да некуда.

– Стой! – отскакивает сам призрак, ладони вытянул ко мне в знак мира. Стало быть, убивать передумал, будем разговоры разговаривать. – Откуда это у тебя?

– На дороге нашел, – говорю.

– А пользоваться умеешь? – спрашивает так ласково.

Умею, не волнуйся, а и не умел бы, не сознался бы. Дураку понятно, что ты этой штуки боишься.