Варяг был ошеломлен. Тем более что все предложенное этим стариком представлялось настолько нереальным и настолько не укладывалось в голове, что Варяг не мог сразу осознать суть сделанного ему предложения.

— Ты согласен пойти вместе с нами до конца? — требовательно спросил Медведь.

Его глаза вспыхнули, стали строже — и взгляд словно бы прожег молодого человека насквозь. Надо было что-то отвечать.

— Я согласен, — уверенно начал Варяг, — согласен на все, что бы вы мне ни предложили. Я же вор в законе, и решение большого схода для меня — закон. Я соглашаюсь даже притом, что мне пока еще многое не ясно. Но я постараюсь разобраться во всем. Можете мною располагать, Георгий Иванович!

28 сентября

19:50

Выслушав утренний рапорт обескураженного майора Одинцова, доложившего о проваленной операции наружного наблюдения за «объектом», генерал Урусов не разгневался и даже не огорчился. Напротив, он, выскочив из-за стола, стремительно сделал круг по кабинету, потирая от удовольствия руки. Ну кто бы мог ожидать такого поворота событий: молоденькая врачиха обвела вокруг пальца ушлых спецназовцев майора Одинцова и скрылась в неизвестном направлении!

Сейчас генерал-полковника интересовало даже не то, что какая-то там хирургичка из подмосковной больницы облапошила двух опытных оперативников из спецбатальона особого назначения, а то, что она заметила за собой хвост и приложила все усилия, чтобы оторваться от него! Раз заметила — значит, готовилась… А раз готовилась, то, значит, у нее точно рыльце в пушку. Выходит, она впрямую замешана в исчезновении господина Игнатова.

Когда сегодня рано утром Евгений Николаевич позвонил в госпиталь Главспецстроя и невинным тоном поинтересовался о здоровье Владислава Игнатова, он ничуть не надеялся услышать в ответ что-то вроде «состояние стабильное». Естественно, даже если бы Игнатов там и скрывался, он бы уж позаботился, чтобы о его пребывании в госпитале никому из персонала не было известно. Но позвонил Урусов в Химки с другой целью. Это была хитрая уловка, давно проверенный психологический прием. Если «объект» был в больнице, значит, есть врачи или хотя бы один, кто с ним общался. А значит, можно вспугнуть. И вспугнул!

Сразу же после того, как майор Одинцов виновато поведал ему о постигшей его бойцов неудаче, Урусов дал команду проверить Людмилу Сергеевну Степанову, хирурга химкинского госпиталя Главспецстроя. И вот теперь, спустя почти час, майор Одинцов снова позвонил и доложил о первых полученных данных. Домашний адрес: Бусиновская, сорок восемь, квартира сто шесть… Но дома она не появлялась. Сведения о ближайших родственниках… Отец умер десять лет назад, мать работает в Нахабинском центре пульмонологии. Ну, об этом Евгений Николаевич и так знает…

— На Степанову есть еще что-то конкретное? — нетерпеливо рявкнул он. — Другие родственники?

— Никого у нее нет, одинокая дама, товарищ генерал. Да и данных никаких особых нет… Только вот бабка по материнской пинии…

— Ну и что с бабкой?

— Она умерла пять лет назад.

Евгений Николаевич чертыхнулся: неужели так ни одной зацепки и не будет? Потом, немного поразмыслив, он уточнил:

— А где жила бабка, в Москве?

— Да, в Москве, — подтвердил майор Одинцов.

— Если старуха умерла пять лет назад, а квартира у нее, скорее всего, была муниципальная, то там давно уже живут другие люди. Не так ли, майор? Опять никакой зацепки.

— Товарищ генерал, прописана она была одна в своей квартире, — стал докладывать детали майор. — Сначала эта бабка на Преображенке жила в коммуналке, а потом их дом расселили и дали старушке «однушку» в Строгино. Но она в ней пожить так и не успела.

Урусов насторожился. «Однушка» в Строгино? Совсем новая квартирка.

— Диктуй, майор, мне адрес этой бабкиной квартирки! Нужно копнуть поглубже.

— Нет у меня адреса, товарищ генерал… — у майора Одинцова упал голос. — Не узнавал… А в деле не числится.

— Так узнай! Р-работнички, мать вашу! Девку упустили. Адресов не знаете. Оперативнички хреновые!

Генерал Урусов свирепо швырнул телефонную трубку и исподлобья взглянул на стенные часы: скоро два. Два часа! Подходят к концу вторые сутки поисков Игнатова — и пока ни хрена нет! Хотя почему нет — есть одно: с Варягом в одной связке работает докторша… Это уже что-то. Ну что ж, надо будет тихо взять ее в разработку. Может, она такая умная, что умудрилась уйти от хвоста, но от генерала Урусова не спрячешься…

Через полчаса майор Одинцов снова дозвонился до генерала Урусова по внутренней связи.

— Вот адрес, товарищ генерал, — на сей раз бодро доложил майор. — Таллинская улица. Дом тридцать шесть, квартира шестнадцать. Телефон…

— Живет-то там кто? — нетерпеливо заорал Урусов.

— Пустует квартира, никто не живет…

— А на кого записана?

— На Степанову Людмилу…

— Опана! Молодец, Одинцов! — Прервав доклад, Евгений Николаевич взвизгнул от радости тонким, почти бабьим фальцетом и хищно захохотал. Он бросил трубку на рычаг, повернулся к длинной тумбе слева от письменного стола. На тумбе располагалось несколько спецтелефонов. Он снял трубку с неприметного серого аппарата без кнопок. Соединение произошло мгновенно.