– Значит, не все вы из благородных?..

Саймон весело рассмеялся.

– Конечно, нет! Джек – бежавший заключенный. Харриетт – клерк. Родители Евы были миссионерами. Лазарус тридцать лет служил в армии. Родители Дезмонда и Райзы давали уроки пения и игры на пианино. Отец Марко – промышленник, но сам Марко учился в Кембридже. Большего хитреца свет не видывал.

– А что думают обо всем этом ваши семьи? Я имею в виду «Немисис».

– Разумеется, они ничего не знают. Мы храним тайну. Мой отец думает, что я несколько дней в неделю развлекаюсь у себя в конторе, перекладываю бумаги с места на место.

– А если бы он узнал?.. Посчитал бы это постыдным?

– «Посчитал» – не то слово. Умер бы от стыда. Он стыдился даже того, что я пошел в армию простым солдатом, вместо того чтобы купить офицерский патент. Можно представить, что было бы, узнай он о «Немисис»…

Элис во все глаза смотрела на Саймона. Неужели он завербовался простым солдатом?

– Но как же… Твой отец ни разу ничего не заподозрил?

– Он не очень-то интересуется моими делами. Ведь я не наследник. И никогда им не стану. Он предоставил меня самому себе. И я воспользовался этим. Встречаясь время от времени, мы ведем себя как знакомые-однофамильцы, не более того.

Слышал ли он горечь разочарования в своем голосе? Элис никогда не размышляла о жизни высокородных. Зачем мучить себя из-за того, чего никогда не получишь? И конечно же, она не думала, что они так холодны друг к другу, что между ними нет… любви. Однако же… Выходит, они богаты, живут в роскоши, но за всем этим – пустота. Сверкающая скорлупа, за которой ничего нет.

Саймон снова рассмеялся.

– Умница! Вытянула из меня все, что можно, хотя я не собирался болтать.

Она лукаво улыбнулась.

– Может, я способна на притворство даже больше, чем ты думал.

– Не удивлюсь, – отозвался Саймон. – Ни в малейшей степени.

Элис сама не заметила, как уснула. Проснулась же, когда кто-то осторожно тронул ее за плечо. Сонно моргая, она уставилась на Саймона. Голова у нее еще не прояснилась.

– Время вставать, новобрачная, – пробормотал он. – Приехали.

Поезд стоял, и, выглянув в окно, Элис разглядела большой перрон, а над зданием вокзала было написано: «Эксетер».

Она протерла глаза и с трудом встала. Саймон подхватил ее под локоть, помогая сохранить равновесие, а потом снял с полки багаж. Вокруг никого не было, но он по-прежнему продолжал играть роль внимательного мужа. Элис снова сказала себе, что это всего лишь игра и что ей не следует слишком увлекаться. Но все равно в груди горел крошечный огонек надежды, когда они выходили на перрон.

Людей и здесь почти не было. Часы, висевшие на металлических столбиках, показывали начало четвертого утра. Газетный киоск был закрыт – как и все другие лавки на вокзале. Здесь стояли только носильщики и констебль, при виде которого Элис занервничала.

– Нам нечего бояться, – тихо сказал Саймон. – Ведь мы всего лишь счастливая парочка.

Констебль улыбнулся им, и Элис облегченно вздохнула.

– Нам опять нужно торопиться, – предупредил Саймон.

Они прошли через здание вокзала и оказались на улице. Элис могла бы поклясться, что здесь не было ни одного наемного экипажа. Но стоило им остановиться на тротуаре, как тут же подъехал одноконный кеб.

– Куда везти, сэр? – спросил кучер.

– В отель «Империал». – Саймон помог Элис сесть и, положив вещи на пол экипажа, закрыл дверцу.

В тот же миг кучер щелкнул поводьями, и кеб тронулся с места.

– Как тебе удалось найти экипаж в такое время? – пробормотала Элис.

– Ева считает, что меня возлюбил бог возниц. Стоит выйти на улицу – как появляются экипажи.

«Что ж, может, и так… – подумала Элис. – Стоит ему чего-то захотеть – и все сбывается». Сидя рядом с Саймоном и остро сознавая его близость, она с любопытством разглядывала улицы, почти пустые в это время. Газовые фонари все еще горели и освещали витрины и ограды парков. Город Эксетер оказался куда больше, чем все те места, где она побывала. Широкие улицы, огромные магазины… А сколько вывесок! Здания же – с каменными фасадами, некоторые – с элегантными арками и балконами с перилами кованого железа.

Элис невольно ахнула, когда они проезжали мимо великолепнейшего здания – такого она никогда не видела.

– Эксетерский собор, – пояснил Саймон. – Кучер, придержи лошадь!

Высунувшись из окна, Элис смотрела во все глаза. Наверное, были какие-то специальные слова для описания всех частей собора – слова, которых она не знала и знать не желала. Но изысканное окно-розетка, статуи святых над дверью и устремленные в небо башни – все это ошеломило ее.

– Сколько ему лет? – спросила Элис.

– По-моему, последняя пристройка, вон та, была закончена… примерно в 1400 году. Я не слишком хорошо знаю историю Эксетера, поэтому больше ничего не могу сказать.

– Его ведь построили без современных инструментов?..

Саймон кивнул, и Элис воскликнула:

– Подумать только, на что может подвигнуть вера!

– Скорее безумие или вдохновение. Разница не слишком существенная. – Саймон постучал по стенке экипажа. – Вези дальше!

– Спасибо, – прошептала Элис.

– За что? – удивился он.