Правда, все они слышали голос призрака в ту ночь. Так что если задуматься, то, может быть, она бы тоже поверила…

Наконец Крисси прекратила все эти разговоры и утащила ее наверх в их квартиру. И только почувствовав себя в безопасности за закрытыми дверями и с благодарностью опустившись на диван, Анджела поняла, насколько она устала. Ей казалось, что события всего прошедшего дня разом навалились на нее, и ее тело, лишенное притока адреналина, полностью подчинилось дневному стрессу и в изнеможении свалилось на диван. Когда Крисси включила телевизор, Анджела тупо уставилась в него.

– Как думаешь, это будет в новостях? – спросила ее соседка по квартире.

– Не знаю, – ответила девушка. – Знаю, что это просто произошло. А вот телекамер я там не видела. Хотя, может быть, слухи уже пошли…

Крисси, так же как и все остальные, безоговорочно поверила во все, что рассказала Анджела. Для последней такое поведение подруги, которая утверждала, что не верит «ни в бога, ни в черта, ни во что сверхъестественное», такое отсутствие критического подхода с ее стороны показалось странным. Неужели ее подруга меняет свои принципы?

Анджела была настолько измучена и взвинчена, что могла просидеть так весь оставшийся вечер – не шевелясь и ни о чем не думая. Но она ощущала на себе грязь после соприкосновений с этими трупами, поэтому больше всего на свете мечтала о горячем душе, чтобы смыть с себя любые трупные остатки, которые могли к ней прилипнуть, и отскрести себя до идеальной чистоты. Поэтому вскочила с дивана, да так быстро, как будто еще одно мгновение нахождения на нем могло заразить его неизлечимой болезнью.

– Я пойду в душ, – объявила она. – Можешь отнести мою одежду в мусоросжигатель?

– Но мы же не должны… – начала было Крисси, а потом рассмеялась. – Понятно, понятно. Это шутка такая.

Однако это была не совсем шутка – Анджела знала, что если и наденет опять эти вещи, то это произойдет лишь после неоднократных стирок и чисток.

Девушка прошла в ванную комнату, пустила горячую воду, разделась и бросила одежду на пол, а не в контейнер. В том месте, где труп схватил ее в первый раз, она увидела на коже темное пятно. Не царапина – больше всего это было похоже на плесень или гниль. Сначала она заметила его в зеркале, а потом, сев на стульчак, вывернула руку так, чтобы поднести ее как можно ближе к глазам. Пятно по форме не походило ни на пальцы, ни на всю руку, как того можно было ожидать; больше всего оно напоминало бесформенную амебу. Анджела дотронулась до него и попыталась подцепить ногтем, но, хотя пятно и напоминало краску или чернила, ей так и не удалось отскрести его с кожи. В душе она использовала очиститель «Комет» и терла изо всех сил, но ей опять не удалось убрать пятно или сделать его светлее. Кожа вокруг стала воспаленной и красной, но пятно осталось на месте.

Анджела была озабочена и испугана. Она подумала, что об этом надо рассказать Крисси, что ей надо немедленно обратиться в больницу, но вместо этого, вопреки логике, решила лечь спать, убедив себя в том, что утром все будет в порядке и жизнь опять станет прекрасна. Закончив душ, Анджела надела пижаму, бросилась в спальню и заперла дверь, прежде чем забраться под одеяло.

– Спокойной ночи! – крикнула она Крисси.

– Анджела!

– Спокойной ночи!

– Ты…

– Я устала и уже легла! Завтра поговорим!

Наутро черное пятно на ее коже исчезло, но темная плесень появилась на каждом из четырех углов простыни, которой укрывалась Анджела, и имела она все ту же амебообразную форму. Была эта плесень толще, чем пятно на коже, казалась покрытой какими-то волосками и выглядела, если можно так сказать, более злобно, чем раньше. Испуганная Анджела с отвращением сбросила простыню на пол и выбралась из постели. Она быстро накинула халат, отперла дверь и позвала Крисси, которая бегом влетела в ее комнату, услышав, по-видимому, ужас в ее голосе.

– Что случилось? – спросила подруга, но поняла причину, еще не закончив фразы. Глаза ее расширились при виде черных углов простыни. – Боже мой!

– Не прикасайся! – крикнула Анджела.

Но было слишком поздно. Половина простыни лежала на полу, а половина – на кровати вместе с пуховым одеялом. Крисси протянула руку к ближайшему к себе углу. Ее пальцы дотронулись до черной плесени – и немедленно отдернулись. Лицо Крисси перекосилось от отвращения, и она отскочила к двери, как будто на нее медленно наступал маньяк с ножом в руках.

– Вчера пятно было у меня на коже, – объяснила Анджела. – Черное. Мне надо было сказать об этом тебе и отправиться в больницу. Надо было… ну я не знаю что. Как ты думаешь, что это? Похоже на плесень. Может быть, стоит отнести простыню в…

– Сука! – крикнула Крисси, захлопывая дверь.

Какого черта? Анджела поторопилась вслед за подругой, открыла дверь и вышла в гостиную.

– Крисси?

Девушка обернулась, и Анджела увидела на ее лице гнев и угрозу.

Туча, подумала она. Про такой взгляд говорят «смотрит тучей».