— Врет. Он первым меч выхватил.

— Нападение на стражу границ с оружием — это статья… — Транудил подвигал бровями. но умолчал, что это статья дохода.

Еще он умолчал, что мы были не при исполнении, но это, право, такие мелочи!

— Назовись, смертный, — потребовал он, возвращаясь на трон и величественным жестом закидывая ногу на ногу, — если не желаешь распроститься с головой!

Смертный что-то проблеял. Ну натурально — не понимаю я таких сочетаний звуков. Не по-орочьи, и то хорошо.

— Вы что-нибудь разобрали? — нахмурился Трандуил. Мы помотали головами. Олень тоже. Даже гусеница — и та мотнула головой и свернулась клубком. Король машинально ее погладил. — Смертный, скажи, как тебя называть, можешь прозвище, потому что имя твое слишком неудобопроизносимо!

— Серый, — буркнул он.

Мы с Афаделью переглянулись и решили, что Гэндальф сильно изменился за лето.

— Митрандир? — спросил король. — Но как… И почему? И что вообще происходит?

Тут он вспомнил, как Леголас перепутал Арагога с Арагорном, и немного успокоился. Тем более, этот Серый никак не мог быть Митрандиром, ну разве только тот изобрел заклинание омоложения и начисто потерял память. Вдобавок, по данным нашей разведки, Митрандир должен был путешествовать где-то в окрестяностях Мордора.

— Ну хорошо, Серый… — протянул король. — Объясни, как ты забрел в мой лес и чем занимался?

— Я рисовал, — с видом оскорбленного достоинства ответил тот. — А забрел… ну как забрел… попал.

"Попал", — явственно читалось во взгляде Афадели.

— С какой целью? — спросил Трандуил терпеливо.

— Рисовал или попал?

— Сперва попал, потом рисовал.

— Я вообще-то художник, — сказал тот. — Довольно известный. А тут пейзажи! Я шел-шел, да и зашел, а тут…

— Известный художник по имени Серый… — протянул Трандуил. — Не слышал… Ладно, посиди пока, а я подумаю. Может, доверю тебе нарисовать портрет моего величества.

— Я не портретист, — гордо ответил Серый.

— Тогда, может. нарисуешь портрет моего оленя? Алексиэль, встань в профиль.

— И не анималист, — стоял на своем Серый. — Кстати, в три четверти будет внушительнее.

— Хм-хм… Может, нарисуешь новое убранство для парадной залы моего дворца?

— Я не мастер по фрескам! И тем более не архитектор.

— …Или фасон новой мантии для меня?

— Я не разбираюсь в одежде!

— Казнить, — коротко сказал Трандуил.

Даже Алексиэль выпал в осадок. Вообще-то у нас казнят только орков, да и то в бою. Но я понимал короля: пришелец вел себя неописуемо нагло.

— Как, ваше величество? — спросила Афадель.

— Можете утопить в болоте, можете паукам скормить, словом, подберите долгую и мучительную казнь, — сказал наш добрый король. — Он меня утомил. Не вздумайте просто зарезать, это скучно. Потом доложите.

— Будет сделано! — радостно отрапортовали мы. Не потому что такие кровожадные, а потому что больно уж скучно, а казнить при желании можно несколько суток. Так что мы взяли провианту, вина, еще вина (большую часть навьючили на Серого, ему все одно помирать) и пошли в гости к Арагогу.

По дроге шпион пытался вырваться, ложился на землю, обвинял нас в неблагодарности и отсутствии милосердия, обозвал Афадель козой (интересно, почему?), словом, всячески укреплял нас в мысли, что король прав.

— Послушайте, — канючил он, немного угомонившись после моего подзатыльника, — но вы же эльфы! Вы должны быть дивными и прекрасными!

Мы с Афаделью переглянулись. Ну если ему Афадель не прекрасна, а король не дивен, то зачем влачить такое жалкое существование?

Этот вопрос я ему и задал. Ответ убил наповал:

— Ну может, вы еще исправитесь!

Кажется, Афадель готова была преступить приказ и убить его на месте, но тут на тропинку вылез довольный после купания Арагог.

— Шо, в гости идете? — спросил он радушно. — А это хто? Вроде видел я его уже краем левого нижнего глаза…

— Это вам подарок от короля нашего Трандуила, — ответила Афадель.

— Пожрать, что ли? — спросил паучара. — это мы могем. А он не отравленный?

— Нет, просто придурочный.

— А, ну я мозги тогда есть не буду, я их все одно не люблю… — Арагог довольно потер передние лапы. — А так ничего, упитанный! Идите пока в барахле поковыряйтесь, да сдвиньте его к стенкам, не то опять спать негде, а я займусь…

Под визг шпиона мы протиснулись поближе к сокровищам Арагога. и начали выбирать что получше из новенького. Но тут нас настиг недовольный рев паука.

Афадель начала собирать сокровища поживее и успела набрать целую сумку, когда в пещеру ввалился Арагог.

— Король ваш!.. — тут он выдал такое, что я не возьмусь воспроизвести. — Подарочек с сюрпризом прислал!

— Что такое, Арагогушка? — встревожилась Афадель, продолжая под стенания паука выбирать жемчуг из пыли.

— Дак пропал он! Что это, я вас спрашиваю! С тарелки буквально! — старый паук был в ярости.