Он замешкался - в конце концов, никогда не стрелял в женщин и детей.

"Не нужно стрелять, - мягко, но настойчиво предложила одна половина сознания".

"Ага, только зарезать, да ещё и осколком стекла, - отозвалась другая".

Они могли бы спорить бесконечно, но дело разрешил сам Крашер.

"Какого чёрта, заткнитесь! Я всё равно собираюсь взорвать это место!"

И то дело.

А эльфийка всё играла и играла.

Можно попробовать оглушить, как того стража дверцами шкафа, но Рейден прочитал Фреду не одну лекцию насчёт способностей магов, и диверсанту передались все опасения замкового волшебника, которые только могли ему присниться. Нет, лучше не рисковать, тем более, большинство эльфов здесь потенциальные мертвецы. Если, конечно, всё получится.

Крашер встал в полный рост - лучше иметь преимущество в высоте, а тени, эти вечные предательницы, всё равно распластались за спиной диверсанта, так что ничто не выдаст в этот раз. Когда до эльфийки оставалось не более полутора метров, она почувствовала неладное. Может, и вправду оттого, что волшебница...

По рукам, что до этого виртуозно перебирали струны, заставляя восхищаться, чуть ли не захлёбываться счастливым плачем, пробежала лёгкая дрожь, девушка выронила музыкальный инструмент, и теперь Фред понял: точно заметили.

Идиот! Трижды идиот, неужели били настолько сильно, чтобы последние, и так, видать, немногие мозги перестали работать? Или таковых и раньше не существовало?

Как можно настолько отвлечься на чёртову музыку?

Переливаясь отблесками от немаленького светильника, висящего сверху, с противоположной стены на диверсанта смотрит испуганная эльфийка. И, немного поодаль, изумлённая, поражающая немытостью, небритая харя. Собственная, родная.

Но, казалось, больше всех издевается зеркало, которое, как исправный, трудолюбивый монитор, показывает идиотическую картину.

Диверсант понял, секунда промедления - остроухая чародейка взмахнёт рукой, и голова бедняги Крашера покатится по полу так же легко, как до этого летал к губам девушки чёртов стакан с трижды проклятой чистейшей, будь она неладна, водой.

Фред прыгнул. Схватив эльфийку так, чтобы не в коем случае не вырвалась, с размаху вонзил осколок справа, в тонкую, беззащитную шею. Оттуда фонтаном хлынула кровь, но девушка умудрилась что-то шепнуть, и поток остановился. Как это может быть? Невозможно! Однако факт не собирался отказываться от себя, и оставался таковым. Вот, черноволосая музыкантша пытается что-то сказать - скорее всего, это будет не по духу Крашеру. Он выдернул стекло из артерии... вены, или как эта хренотень - не до медицинских терминов.

Новая волна боли прокатилась по телу жертвы - судя по судорожному выдоху, все заклинания вылетели из головы эльфийки. Фред размахнулся, схватив волшебницу за волосы, нанес резкий удар осколком, вошедшим точно в глаз. Левый или правый - этого диверсант не запомнил, не до того сейчас. Из глазницы обильно потекла кровь, ничем не отличающаяся от человеческой. Хрипло булькнув на прощанье, девушка тюфяком повалилась с табуретки и, картинно, как в кино, раскинув руки, упала. Крашер перевёл дух.

Лишь стопроцентно убедившись, что волшебница мертва, Фред подошёл к столу ближе к другой стене. И к чёртовому зеркалу...

Собрал отобранное снаряжение - винтовку SCC-20, пистолет, взрывчатку, острый десантный нож, абсолютно необходимые КПК и прибор ночного видения. Всё. Можно уходить из комнаты. Убирать труп всё равно бесполезно - кровь залила не всё вокруг, но достаточно, чтобы тут же быть обнаруженной. Переквалифицироваться в мойщика полов диверсант не хотел, да и время не позволяло. Так что пришлось положиться на удачу.

Крашер двигался по коридорам. Осталось взять языка, тот скажет, где хранилища артефактов, после этого следует заложить бомбы, и сваливать, перед этим сделав всё для освобождения товарищей по несчастью.

Ну что же? Вперёд!

Рядовой Аллен зол, это чувство не покидает с той самой минуты, как решился дезертировать. Всё ради одной цели - убить побольше остроухих, застреливших двоюродного брата - капрала Джексона. На войне братец числился счастливчиком - пули пролетали мимо, будто боясь бравого капрала, а не наоборот. И тут, при попадании в проклятый W-51 - в числе первых...

Сам Аллен автоматически считал, что брата обойдёт любое несчастье или, по крайней мере, смерть. Всё получилось наоборот. У рядового не было друга ближе Джексона - они с детства никогда не ссорились, всегда помогали... Аллен вспомнил, как вместе играли в футбол, списывали на контрольных, отбивались от школьных хулиганов... теперь всё это превратилось в пыль, лишь память хранила двадцать лет дружбы. Злость целиком захватила разум десантника.

Каким-то непостижимым образом удалось тихо пройти в Храм. Несмотря на плен предыдущих отрядов, о которых рядовой, конечно, не знал.