— Ваш заказ принят. Наденьте шлем мнемофона, пожалуйста!

Верхняя часть стола поднялась, и Эвар увидел мнемофон — точно такой же, как те, которыми он пользовался на уроках.

5.

— Могу я узнать, за что меня арестовали? — пристально глядя в глаза начальнику тюрьмы Сент-Пелажи и стараясь скрыть своё недовольство под любезной улыбкой, произнёс Эвар. Начальник тюрьмы недовольно засопел:

— Вы подозреваетесь в нелояльности к Его Величеству и призыве к мятежу!

— Отчего так? — изобразил удивление Эвар.

Этот его вопрос вызвал неожиданную реакцию у собеседника: тюремный начальник вздрогнул, посмотрел на арестанта, словно впервые увидел его, и почесал затылок.

— Вы же были на вечеринке Общества Друзей Народа девятого мая? — неуверенно произнёс он, наконец.

— Да, был. Мы с Александром Дюма говорили о том, что можно написать роман об эпохе Ришельё. Ещё я произнёс тост в честь прекрасных женщин…

— Да? — офицер, казалось, очень удивился. С минуту он смотрел непонимающе на Эвара, затем поднялся из-за своего стола и прошёлся по комнате.

— Однако вы с Дюшатле руководили толпой манифестантов в годовщину захвата Бастилии! — как-то страдальчески произнёс он, наконец.

— Разве я говорил при этом что-нибудь нелояльное?

— Не знаю, — пробормотал вдруг начальник тюрьмы и громко вздохнул. Он вернулся на своё место, и Эвар, к своему удивлению, неожиданно заметил на столе телефон старинного вида. Начальник тюрьмы поднял трубку:

— Введите свидетельницу, пожалуйста!

Прежде чем Эвар успел задуматься, каким образом здесь оказался телефон из следующих десятилетий, дверь кабинета открылась, и на пороге появилась… Жюли!

— Арестованный! — странным голосом произнёс вдруг начальник тюрьмы. — Согласны ли вы взять в жёны свидетельницу Жюли, быть с ней в радости и печали, в здоровье и недуге, пока смерть не разлучит вас?

— Да! — выкрикнул Эвар. — Я мечтаю об этом! Я люблю тебя, Жюли! — он подбежал к девушке и приник губами к её правой руке.

— А вы, свидетельница Жюли? Согласны ли стать женой арестованного Эвара, быть с ним в радости и печали, в здоровье и недуге, пока смерть не разлучит вас?

— Увы! — ответила вдруг Жюли. Она грустно улыбнулась, покачала головой и отняла руку у влюблённого. — Прости, Эвар! Я очень хорошо отношусь к тебе, но люблю другого человека — своего жениха! Я знаю, ты найдёшь своё счастье! Желаю, чтобы это произошло как можно скорее! Твоя ностальгическая ломка окончилась, Эвар! Пора выходить в жизнь! Будь счастлив, мой мальчик!

Как хорошо, что это всего лишь сон… Жюли! Я буду бороться за тебя! И надеюсь, что наяву твой ответ окажется совсем иным!

Сегодня на первый урок Давид пришёл вместе с улыбчивой белозубой темнокожей девушкой с азиатскими чертами лица.

— Всем привет! — звонким голосом заявила незнакомка. — Позвольте представиться: я — Диана, ваш куратор по рабочему распределению. Скоро заканчивается срок вашей адаптации, и мне бы хотелось узнать, каковы ваши планы на будущее!

— Зарабатывать побольше! — выкрикнул Жозеф и улыбнулся. Эвар смешался. Впервые за время проживания в колонии он вспомнил, что существуют деньги, которые надо как-то зарабатывать. С момента своего прибытия в Мир Спасения он получал сведения, что на его имя открыт банковский счёт, туда переводятся кем-то деньги на его адаптацию, идущие на оплату жилья, питания, одежды, учёбы, экскурсий и абонемента в спортзале. Ежемесячно Эвар получал из банка уведомление о движении средств на счету. Поскольку затрат было немного, то запасённая денежная сумма потихоньку увеличивалась. Сразу вспомнилось, что адаптируемые спасённые считаются в колонии малообеспеченными: они не могут себе позволить путешествия даже в пределах Земли, роскошное жильё, личный транспорт вроде яхт и самолётов, женские украшения из натуральных драгоценных камней, специальные экскурсии во времени. Разумеется, без всего этого нетрудно обойтись, но чтобы позволить себе ухаживать за Жюли, наверняка нужен настоящий доход…

— Отлично вас понимаю! — улыбнулась Диана Жозефу. — И кем вы хотите работать?

— Я хочу быть инженером-наладчиком машинного парка! — заявил Жозеф.

— А я — диспетчером наземного транспорта!

— Врачом-окулистом!

— Дизайнером женской одежды!

— Детским воспитателем!

Пожелания учеников посыпались градом, прежде чем Эвар сообразил, на что может претендовать.

— Открыть свой частный бизнес никто не желает? — поинтересовалась Диана, делавшая какие-то пометки в блокноте. Шум в классе моментально утих.

— Страшновато, — жалобно произнесла одна из девушек, явно выразившая общее мнение.

— Если страшно, то, конечно, не надо! — добродушно улыбнулась Диана.

— Скажите, сколько получает школьный учитель математики? — неуверенно спросил Эвар.

— Начинающий получает пятнадцать тысяч в неделю! — ободряюще улыбнулась ему девушка. — Только зачем вам это? Почему бы вам не преподавать в Университете? Оклад лектора — не менее сорока тысяч!

Эвар прикинул: ежемесячные затраты на питание составляли около трёхсот… чего? Денежная единица Мира Спасения не имела названия. Но в общем, ясно: если удастся получить работу лектора в Университете, денег окажется предостаточно. Тогда не стыдно будет прийти к Жюли и впервые пригласить её на свидание.