Кристиан поднялся на ноги и прошел в центр палатки. В этот миг он выглядел если не победителем, то, по крайней мере, человеком, уверенным в своих силах. Марк уже давно не видел майора в таком расположении духа. Все эти тайны и неоправданные смерти тяготили майора, вынуждая его слепо шарахаться из стороны в сторону.

– Вплоть до настоящего момента вся миссия протекала абсолютно непредсказуемо: преждевременный старт, изменение курса, незапланированная посадка на Эктегус. Обстоятельства постоянно вносят коррективы в наши планы. Мы все время оказываемся не в том месте и не в то время.

– Да, пока нам везло, – согласился с командиром Строгов, – но в дальнейшем мы не можем рассчитывать на столь крутые повороты. Обычно у Совета все взвешено и просчитано.

– Придется менять традиции.

– Инопланетяне будут не в восторге.

– А им совсем не обязательно об этом знать. Целее будем.

– То есть вы хотите выйти из-под контроля Совета? – Николай заинтригованно посмотрел на Жереса.

– Тебя это смущает?

– Нисколько, я только хотел спросить, когда начинаем?

– Прямо сейчас, – ухмыльнулся майор, чувствуя нетерпение своих подчиненных. – Только провернем это тонко и элегантно. Как и раньше, Совет будет получать отчеты о наших действиях, но чем дальше они будут от реальности, тем лучше. Таланты Грабовского здесь весьма пригодятся.

Наблюдая за майором, Марк подумал, что его желание взять власть в свои руки – это не сиюминутное спонтанное решение. Скорее всего, Жерес уже неоднократно обдумывал такую возможность. До сих пор ему не хватало лишь последней решающей капли. И вот, наконец, точка поставлена! Мысль «Мы живы потому, что непредсказуемы!» определила дальнейшую судьбу экспедиции. Грабовскому это было по душе.

– Первой неожиданностью, которую мы приготовим как нашим друзьям, так и недругам, станет изменение срока старта. Мы отправляемся на шесть недель раньше. – Кристиан обвел взглядом офицеров.

– Сможем ли мы подготовиться в столь короткий срок? – призадумался Фельтон. – В моей службе и так сплошной перегруз.

– Сосредоточимся на подготовке боевой техники. Все остальное побоку!

Грабовский обладал гибким аналитическим умом, поэтому сразу оценил всю пользу новой стратегии. Неожиданные, нестандартные решения в ситуации, когда экспедиция готовится практически на глазах противника, были единственным спасительным выходом.

– Командир, разрешите? – Разведчик созрел для своего соло.

– Да, Марк. – Жерес произнес имя лейтенанта очень дружелюбно, желая подтвердить искренние, доверительные чувства к старому боевому товарищу.

– Я хотел спросить… – Грабовский помедлил, подбирая слова. – Как вы считаете, не следует ли нам к первой неожиданности добавить вторую и третью? Например, готовить к полету один корабль, а улететь на другом. Отказаться от заготовленных для нас векторов наведения, а также сохранить в секрете точку выхода из Z-пространства.

– Ну, последнее излишне, – высказал свое мнение Фельтон. – Все равно мы вынырнем где-нибудь в окрестностях Теоса. А засечь корабль в заранее известном звездном секторе – это плевое дело.

– А почему, собственно говоря, Теос? – Жерес включился в соревнование на самый головокружительный проект. – Кто сказал, что решение проблемы скрывается именно на Теосе?

«Вот это мы договорились!» Участники заговора ошалело поглядели друг на друга. Еще полчаса таких фантазий, и экспедицию ждало непредсказуемое будущее.

– Марк, завтра же… – майор посмотрел на часы, – вернее, сегодня же заберешься в главный слит и еще раз пройдешься по истории Черной зоны. Обрати особое внимание на описание захваченных планет и на их стратегические достопримечательности. Постарайся выяснить, почему выбор пал на Теос. Существуют ли к этому обоснованные предпосылки, или это случайный выбор, или, того хуже, подстава.

– Слушаюсь, только… – лейтенант помедлил, – мне довольно сложно ориентироваться в инопланетных делах. Может, прикомандируете ко мне Торна?

– Нет, – майор был категоричен. – Профессор, конечно, знаток данной темы, но нам нужен свежий, независимый взгляд. – Поразмыслив несколько секунд, Жерес улыбнулся. – Бери в подручные Дэю. С ней вы сможете работать и днем и ночью.

Пип-пип-пип! Сигнал внешнего вызова не позволил Грабовскому обидеться на колкую шутку. Висящий под потолком светильник ожил. Несколько обручей, составлявших его корпус, пришли в движение, открывая сферический объектив голопроектора. Свет померк, а ударивший сверху луч образовал в метре от пола слегка подрагивающую голограмму. Знакомые черты расплылись в хитрой улыбке.