– Я их зубами рвать буду. – Глаза Марка горели холодным пламенем.

– Не сомневаюсь, – Николай тяжело вздохнул. – Знать бы только, кого.

– Давайте думать… – Жерес запнулся, остановив взгляд на Грабовском. – Марк, ты можешь соображать? Или лучше отправить тебя в койку?

– Я в порядке. – Лейтенант весь затрясся от злости и напряжения. – Я более чем в порядке.

– Н-да… – Жерес понял, что Марк никуда не уйдет. – Тогда давайте загибать пальцы. Что нам известно о противнике? Во-первых, невидимый. Об этом говорят как кадры с «Фантерскрипта», так и мои наблюдения. Я говорил, кажется, что на Земле после первой встречи с Торном меня преследовал беспилотный грузовик.

– В призраков я не верю, – образование не замедлило ударить в голову Николая, – а вот в сверхсовременную систему маскировки охотно.

– Годится, – сдался Жерес. – Второе: рост около трех метров, – копаясь в памяти, майор прищурился, – примерно до такой высоты взлетали истерзанные тела пилотов. Резонно предположить, что они не сами собой туда подпрыгивали.

– Не согласен, – Пьер Фельтон замотал головой. – Таких громил так просто не спрячешь. А между тем они тайно побывали как на Земле, так и во многих мирах Союза.

– Это ты о шпионах? – догадался Жерес.

– Именно.

– А кто тебе сказал, что шпионы похожи на штурмовиков с «Фантерскрипта»? Может, они маленькие зеленые человечки с большими мозгастыми головами?

– Две расы? – Инженер-лейтенант почесал затылок. – Маловероятно.

– Николай считает, что звездолет атаковали роботы. – Грабовский впервые за последние четверть часа подал голос. Он слегка оправился от потрясения и начал следить за ходом спора.

– Роботы, по венам которых течет твоя кровь? – Фельтон не отличался чувством такта, поэтому не стал жалеть бедного Марка. – Здесь, на Эктегусе, им повезло меньше, чем на «Фантерскрипте». Кто-то из твоих родичей получил по полной программе.

Внутри Марка вскипел гнев. Он медленно стал подниматься со стула.

– Назад! Сидеть! – опередив разведчика, Жерес подал команду «брейк». – Головы друг другу будете бить после победы, сейчас они мне нужны в целости и сохранности. Думайте, господа «головорезы». Нам необходимо понять, кто наши враги, и разобраться в их намерениях. От этого зависит не только судьба экспедиции, но и существование нашего мира.

– Думаем мы, думаем… – Фельтон почувствовал свою вину и уткнул глаза в пол. – С чего бы только начать?

– Раз уже затронули мою особу, то, может, попытаемся выяснить, на кой черт им понадобились мои клоны, – скрипя зубами, Марк принес себя в жертву.

– Чего тут думать? Все проще простого! – Николай с ходу предложил свою теорию. – Всякое действие вызывает противодействие. Информаторы противника сообщили ему о том, что Совет задействовал новое средство борьбы. На планете Земля существует эффективное оружие под названием «Головорезы». Что это такое и с чем его едят, противник разбираться не стал. Раз такая штука есть у Совета, значит, должна быть и у них. Или нет, не такая, а во много раз лучше. Сказано – сделано. Из тела Франчески Карлони они добыли сперму одного из офицеров этих самых «Головорезов». На свой вкус и цвет видоизменили ДНК и создали то, что захотели.

– Не дай бог увидеть. – Грабовский закрыл лицо руками.

– Хорошо, скопировали тело, – Фельтон с присущим ему скептицизмом решил похоронить гипотезу Николая. – А мозги? Наша сила ведь не в мускулах, а в знаниях, навыках, рефлексах. Без всего этого человеческое тело – просто вялое бесполезное филе.

– Мозги? – Строгов развел руками. – Ну мозги, видать, тоже хотели, да не успели. Замешкались с созданием клона и дали Грабовскому, словно козлику, пока попастись на лужайке. А пришло бы время, и бац… прощай, серое вещество.

Грабовский на секунду представил себе эту картину. Обритый налысо череп с идеально ровными пропилами. Из него на изумрудную траву вывалились его неповторимые мозги. Взгляд изумленно-недоумевающих глаз устремлен в небо, а на губах гримаса адских мучений. И муха, традиционно жирная зеленая муха, блаженно чавкающая в лужице теплой, еще не свернувшейся крови. Лейтенант вздрогнул и бессознательно положил руку на кобуру.

– Слушаю я тебя, Николай, и все не могу взять в толк: зачем такие сложности? – Пьер специально повысил голос, чтобы суть его реплики дошла до всех присутствующих. – Наши враги уже покорили десяток цивилизаций. Они берут что хотят и когда хотят. Что им стоило разделаться с нами прямо на Земле, или в космосе, или здесь, на Эктегусе?

Простота вопроса вызвала легкое замешательство. Не зная, что ответить, Николай взглянул сначала на Марка, затем на Жереса. Грабовский беспомощно пожал плечами. Однако лицо майора выражало полную сосредоточенность. Грабовскому даже показалось, что вопрос Фельтона – это как раз то последнее звено, которого недоставало майору для решения всей этой гигантской головоломки.

– Я понял! – объявил Жерес. – Не скажу, что я просчитал нашего противника, но зато совершенно ясно осознал, почему мы еще живы.