— Это хорошо, но есть и херовая новость.

— Успел напакостить, шкет?

— Успел устроить апокалипсис.

— Ты крут, сынок, ничего не скажешь, наш пострел везде поспел просто. Давай уносить ноги, чтобы не оказаться в самом его центре, что ли…

Сказать оказалось куда сложнее, чем сделать. Немудрено, не у бабушки на пирожках же оказались. Хорошо, что пришел за ним именно Бирюк. Где сейчас находилась Семерка, Енот спрашивать не стал. Ему хватило выстрела в голову недавнего товарища.

Змей был кротом. Серьезным и подготовленным кротом, внедренным через одного из тех, кто руководил всеми чистильщиками. Талантливейший сканер, Высший мутант с приглушенными возможностями, настоящий кукловод, обведший вокруг пальца всех, кого только возможно. Свою роль, провожатого в Иркуем, карточного джокера в безумной игре, фальшивого товарища, он сыграл до конца, получив, правда, не совсем ту награду, что наверняка ожидал.

— Сюда! — Бирюк схватил его за шиворот и втолкнул в узкий и незаметный коридор. — Уходим по нему. На третьем повороте направо и до конца. Там нас ждет Михакк, разберемся, что к чему. На вот, лови переговорник, не хрена теперь таится. Семерка тоже ждет нас недалеко, может, уйдем.

Не сложилось. В лицо Еноту ударила взрывная волна, загрохотал, обваливаясь потолок. Дверь сплющило, да и самого Енота приложило осколками камня как следует. А вот Бирюк остался где-то там, за завалом. Уже убегая по низкому ходу, он услышал грохот выстрелов за вставшим на место куском стены. Чуть позже глухо ударило взрывом, сбившим с потолка пыль и крошку от старой известки.

Енот смотрел на ствол. Ствол, казалось, смотрел на него.

На глазок калибр у орудия, смотревшего черной пустотой прямо в лицо Еноту, явно никак не меньше двенадцати и семи десятых миллиметра. Енот дернул щекой, сжав ладонь очень бледной и кажущейся слабой Семерки. Михакк, зажимая ладонью плечо, пробитое пулями патруля гвардейцев, выматерился. Очень смачно, с душой и как-то потерянно. Понять его было очень просто. И обидно, когда до рощицы у подножия холма с резиденцией Алой королевы спуститься всего ничего, метров двести… а не выйдет.

Потому что ствол пулемета и не думал подниматься, а в том, кто сидит на броне, еле выделяясь в ночи массивными силуэтами — Енот не сомневался. Все-таки удача оказалась не на его стороне, и умереть все же придется. А жаль.

— Ты только посмотри на них, брат… — проскрипел с высоты мерзкий голос, похожий на звук с которым по стеклу проводят чем-то острым. — Ну, просто настоящие герои. Прямо таки вылитый Мэдмакс со-товарищи.

Очередь из пулемета срезала двух гвардейцев. Толстый отработал надежно, как и всегда. Чистильщики отходили к дороге, стараясь как можно быстрее добраться до нее и попытаться уйти. Ошалевшие поначалу от наглости отряда местные потихоньку приходили в себя. Стрельба в сторону людей становилась с каждой минутой все гуще и точнее.

Низкий и юркий «скаут» ломил напрямую, совершенно наплевав на суматоху вокруг. Несколько раз острый нос машины сбивал очередную мечущуюся фигуру, потом на мгновение вверх взмывал вопль, тут же прерываемый липким чмоканьем и хрустом. Сидя на броне отстреливался Мусорщик, вбивая как гвозди, один за другим, крупнокалиберные снаряды бортового пулемета. Его здоровенный друг примостился чуть дальше, опираясь на запаску и прикрывая тыл стальной коробки, несущейся вперед. Гвардейцы Королевы шли по пятам, двигаясь на ревущих дизелями бронированных гусеничных громадах.

Незнакомый Еноту парень из отряда Каймана улетел с брони, получив свою порцию в плечо и по груди. Он, было, дернулся за ним, но Мерлин, незнамо как оказавшийся рядом, схватил за ворот.

— Очумел, боец?! Мы и так из-за вас тут все подохнем, так что, зря все что ли было?

Вот тут Еноту спорить не то что не хотелось, а даже стало стыдно. Пять минут назад, проломившись через растерявшихся патрульных, он, Семерка и Михакк вылетели к спуску вниз. В город. И замерли, смотря прямо в черную пустоту пулемета бронемашины, только что поднявшейся вверх. Потом… потом Енот сумел даже обрадоваться Мерлину и остальным. Братья не бросили, смогли пробиться даже сюда. Как?

Ответ пришел сам, вместе с треском очередей, гулким уханьем разрывов и воплями, поднимающимися со стороны Иркуема. В городе бывших солдат Полночи шел бой. Чистильщики выполняли свою работу.

— Едем! — Мерлин не стал спрашивать про Бирюка и Змея, а Енот сейчас не хотел ничего говорить. Чуть позже, увидев на фоне бледной огромной Луны темное облако, расползающееся во все стороны, он быстро прокричал в станцию Мерлина все, что знал. Капитан молча выслушал, выругался и отключился.

До одного из городских выездов оставалось не так и много, когда за них взялись очень серьезно. Семерку Енот запихал внутрь «скаута», и это оказалось самым лучшим решением. Воздух вокруг разом наполнился свистящим свинцом и сталью, осколки от разрывающихся гранат шипели и чиркали по броне. Полыхнул и зачадил второй бронеавтомобиль, с незнакомыми Еноту парнями, входивший в состав группы Каймана. Тех, кто выжил, они приняли на свой борт. Но ненадолго.

Катящаяся сзади громада гвардейцев Королевы разрядила по ним короб зарядов, и последние попали точно в цель, прошив стык двух плит и разбросав по сторонам людей. Пролетел вперед головой крепыш Румпель, со страшным хрустом угодивший головой об угол дома. Кувалда, еле вставший на ноги, бросился к нему. Мерлин приземлился на ноги, подхватив повисшего мокрой тряпкой Мусорщика. Толстый рыкнул сквозь зубы и начал мстить за товарища. Скинул с плеча трубу многоразового однозарядного гранатомета, переломил пополам, заряжая, и выстрелил. И попал, сбив несущейся за ними гусеничной машине трак. Биосолдаты посыпались вниз, открывая стрельбу.