После того как Каллум помог ей сойти с лошади, Розалин подошла к сэру Алексу, который разговаривал с Малкольмом и Роджером. Хотя оба подростка были высокими и худыми и почти одного возраста, разница между ними была огромной. Малкольм отличался жесткой, жилистой силой и выносливостью воина. Он выглядел так, словно мог ехать верхом еще день или два. В то время как Роджер мучительно сражался с тем, чтобы ноги не подвели его. Ее сердце потянулось к нему, но она знала, насколько гордый подросток может возненавидеть ситуацию, если будет выглядеть слабаком рядом с врагом.

– Мы остановимся здесь на ночь? – с надеждой спросила Розалин.

Сэр Алекс сочувственно улыбнулся ей:

– Боюсь, что нет. Мы остановились только для того, чтобы напоить лошадей.

Розалин постаралась не заметить разочарование на лице Роджера, чтобы не привлекать к нему внимание со стороны других мужчин.

– Но уже скоро стемнеет. Мы должны перекусить чем-нибудь.

– Но вы же отдали всю нашу еду, – сказал Малкольм с явным удивлением.

Розалин повернулась к нему:

– Я?

Парнишка кивнул:

– Да, в деревне.

Она не думала, что у них осталось так мало еды, когда Черный Дуглас забрал себе свою долю после налета. Неудивительно, что Бойд посмотрел на нее так странно, когда Каллум передал ему ее просьбу.

– Мы планировали путешествовать налегке и не ожидали задержки в этой деревне, – сказал Алекс, галантно пытаясь приуменьшить ее вину. – Сейчас мы уже были бы в лагере.

Но Розалин не жалела о своих поступках. Крестьяне, у которых сожгли дома, будут больше нуждаться в еде, чем они. Она могла пережить ночь без еды, хотя в животе урчало. Даже если ее желудок возмущается, она потерпит.

– Если бы у нас было время, мы могли бы поохотиться, – услужливо сказал Малкольм.

Очевидно, сэр Алекс не был единственным разбойником, обладавшим галантностью. Малкольм тоже не хотел, чтобы она чувствовала себя виноватой.

Розалин одарила его благодарной улыбкой, которая заставила парнишку покраснеть до цвета его волос. Потом она повернулась к сэру Алексу:

– Мы скоро доедем до лагеря?

– Не раньше чем через несколько часов. Учитывая темноту, может быть, даже позже.

Она не выдержала и застонала. Роджер тоже выглядел как щенок, которого только что ударили ногой.

– Сэр Алекс, если у вас есть свободная минута, я хотела бы поговорить с вами – наедине.

Сетон кивнул и отослал Малкольма и Роджера позаботиться о лошадях. Он знаком предложил ей сесть на камень рядом, но она покачала головой. Какой бы усталой она ни была, перспектива сидеть на твердом камне ее не прельщала.

– Вы не возражаете, если мы немного пройдемся? Я хотела бы размять ноги.

Они направились к ручью, но вместо того, чтобы присоединиться к остальным мужчинам, Сетон повел ее в противоположном направлении. Дойдя до воды, они остановились. В дополнение к холмам и лесам повсюду текли речушки, или ручейки, как их называли шотландцы. Розалин подумала, что они очень красивы. Темные струи воды, пересекавшие красно-коричневую вересковую пустошь, окруженную поросшими деревьями холмами, вызывали чувство умиротворения, противоречащее дикой, истерзанной войной местности.

– Я не хотела говорить это при Малкольме, но вы, должно быть, заметили, как устал мой племянник, хотя он скорее умрет, чем признается в этом. Он не привык ездить так долго по такой местности. Я не знаю, как долго он еще сможет продержаться. – Она с мольбой посмотрела на сэра Алекса. – Я не знаю, как долго я сама смогу это выдержать. Нет ли поблизости места, где мы могли бы переночевать? Может быть, постоялый двор?

Сетон сжал губы:

– Мне жаль, миледи. Я бы не стал подвергать вас таким испытаниям. Это неподходящие условия для леди и для подростка. – Он печально улыбнулся. – Но вы сами видели, как мало мое мнение значит здесь.

В его голосе прозвучала явная горечь. Она не ошиблась, выбрав сэра Алекса как потенциального союзника. Однако Розалин недооценила уровень его неприязни. Какие бы разногласия ни существовали между ним и Бойдом, они были намного глубже, чем она подозревала.

Розалин не могла этого понять. По всей видимости, оба мужчины были близкими товарищами, которые сражались годами бок о бок. В половине случаев им даже не нужны были слова, чтобы выразить свои мысли, – достаточно было взгляда. Так откуда такая враждебность и досада?

Ей было неприятно пользоваться галантностью сэра Алекса в этих обстоятельствах, но она должна была предпринять что-то, чтобы задержать отряд и дать брату шанс нагнать их. Деревня и замок, которые она видела, были не так далеко. Если бы они могли остановиться…

– Пожалуйста, сэр Алекс. – У нее на глазах выступили слезы, которые были не совсем притворными. Она на самом деле была измучена. – Неужели вы ничего не сможете сделать?

– Сетон!

Глубокий голос, раздавшийся у нее за спиной, испугал Розалин. Она убрала ладонь с руки сэра Алекса, не заметив, что положила ее на рукавицу своего покровителя, и, обернувшись, увидела Бойда, стоявшего прямо рядом с ними.