Я дернул щекой. Реально мой косяк!

– Ну ведь не помножил же? Да и был ли у нас выбор? Не он, так «Краб»! А против тяжелого дрона идти с голым хреном наперевес – шансы совсем кислые. Ты ведь сам говорил – два процента…

– А ты – семь!

– Без разницы! Все, отвянь! И не лезь под руку! Коротну случайно разъемы – от нас одни ботинки останутся. Мои. А твои пластиковые обмотки заламинируют горелые ступни…

Осторожно раскидав сборку на отдельные элементы, я прикинул текущий арсенал. Полученных батарей хватит на два энергоклипа для пистолета. Баллона рабочего тела – на четыре. Ресурса ствола – на порядок больше, даже при ведении огня в режиме максимальной мощности.

Следующие полчаса я выжигал плазмой колонии нанитов. Причем поначалу все шло гладко и рутинно скучно: занял позицию поустойчивей – пистолет мало чем отличается от импульсного движка, при интенсивной стрельбе неслабо нагружал отдачей. Прицелился с двадцати шагов, вдавил гашетку до упора и всаживал ослепляющие росчерки импульсов в середину пирамидки цисты.

Первая пара послушно стекла жидким металлом, теряя в сверхтемпературах упорядоченную структуру и молекулярную память.

Следующая тройка успела скоординироваться и бросилась в синхронную атаку. Причем, как я понял уже потом, ложную и безнадежную. Пока я лучом максимальной расфокусировки жег агрессивную взвесь нанитов, невесть откуда взявшийся и зараженный программным паразитом серв выволакивал из отсека драгоценную колонию «Кочевника».

По тревожной подсказке «Альфы» я успел расстрелять лючок технического туннеля, клиня его наглухо. А затем еще минут десять гонялся за шустрым сервом, не желая расходовать лимитированный БК и портить работающую технику.

Загнав-таки его пинками в угол и выломав манипулятор с плазменной горелкой, я наступил сверху на плоский блин серва и аккуратно сжег «Кочевника», хранившего в себе фабрику репликации нанитов.

Затем сдвинул в сторону щиток внешней приборной панели робота и, клацнув архаичным тумблером, обесточил зараженный механизм.

Устало присев рядом с сорокасантиметровой тушкой серва, я провел ревизию текущего состояния. Потери нанитов периферийного слоя защиты – сорок процентов, расход универсальной наномассы – девять процентов. Много, очень много.

Нет, если мне удастся отыскать иридиевый гвоздь и сгрызть его – это чуток поможет. Подойдет даже просто пучок проводов из редкоземов, но где ж его взять? Вокруг – сплошное оптоволокно четвертого поколения либо нематериальная эйр-проводка…

Задумчиво жую разноцветные ягоды.

Желтые сердечки – мы их прозвали «валентинки», как раз хороши от ожогов. Серв все же успел похлестать мне плазменной горелкой по конечностям. Чудо-ботиночки с трудом затягивают повреждения, а их ресурс просел сразу на треть.

Красные бусины – «клюква», только без косточек. Хиты восстанавливает, но скулы сводит – мама не горюй. Смесь неспелой хурмы и пасты васаби. М-да, жизнь – это боль. Даже лечение дискомфортно до невольных слез.

Компенсируя ущерб, игнорирую тревожные взгляды наблюдателей и в одно лицо высиживаю положенный таймер захвата территории.

Бурные фанфары римского марша на общем канале возвещают о расширении жилого ареала. Всем отсыпает чуток бонусов, и группа на мгновение выглядывает из задницы топовой таблицы, где мы постоянно находимся.

Лично для меня звенят персональные колокольчики. Сорок баллов на УК плюс гламурный бэйдж «И один в поле воин». Гордиться особо нечем. Как рассказывали девчата-пси-снайперы, за год службы у хорошего бойца набегает с полсотни ачивок.

Даю отмашку группе мародерки – особо глазастым и внимательным, с чуткими пальцами карманников. Как ни странно, в их отряде больше половины девушек. Видать, чуйка на халявные ништяки у них врожденная…

Остальные бойцы продолжают готовиться к замесу. Лина с непосредственным женским любопытством теребит меня за рукав:

– Чё дали за захват? Колись!

Шлю ей скриншот, и моя навязанная половинка завистливо морщит носик:

– А у меня такой медальки нет!

Требовательный взгляд ребенка, у которого отобрали конфету.

Отмахиваюсь:

– Какие твои годы, будет!

Ответ, видимо, неправильный, волна показной обиды накрывает меня с головой, мешая решать текущие задачи. Отгораживаюсь слабеньким щитом, успеваю засечь легкое удивление. А ты думала! Я тоже не пальцем деланный! Учусь потихоньку.

Внимательно следивший за дезинфекцией дроид доволен и величественен. Голос его торжественно звенит – батареи больше не экономит.

– Моя миссия по защите периметра выполнена, как и твой долг по борьбе с техноразумной заразой! В случае завершения первичной задачи я должен вернуться к месту приписки либо, в случае невозможности, присоединиться к любой группе союзных войск. Я в твоем распоряжении, капрал Павел Счастливчик!

За спиной радостное оживление – группа заполучила первый боевой юнит! Однако имплант уже выдал наиболее рациональный метод использования полученного ресурса. Прирост шансов к успеху – девятнадцать процентов! Только вот запашок…