– Как говорил мой первый ротный: имеет место быть. Ладно, будем считать мозговой штурм законченным. Давай по сто грамм и спать.

– Наливай!

Как бы на самом деле не было, но к уничтожению группы кто-то подошел самым ответственным образом. Причин столь дерзкого нападения было много, но когда из агентурных источников стало известно, что в засаде участвовали боевики из банды Ахмада Нуриева, совсем недавно изрядно потрепанной едва ли не теми же самыми спецназовцами, истинная подоплёка дела вылезла на поверхность. Оказалось, в основе случившегося лежала самая банальная месть.

Вот только комбата по-прежнему продолжали грызть некие сомнения. И как выяснилось позже, он оказался не одинок в своих раздумьях - отрядный ФСБешник майор Кащенко мучился той же самой головной болью. И некие бездоказательные основания для этого у него были - обычно любившие похвастаться своими подвигами "борцы за веру" на этот раз не разместили в интернете ни видео, ни фото своей победы. Ни одной фотографии, ни одного упоминания! И это, имея возможность отснять сногсшибательные материалы!!! Так что были у него основания ломать голову. Были! К тому же не стоило забывать и о пропавшем без вести Андрее Кислицыне, надежда освободить которого всё ещё теплилась.

Глава 18

– И ничего нельзя сделать?
– Алексей дураком отнюдь не был и понимал, что задаёт вопрос едва ли ни в воздух, но не задать его не мог. За те три дня, что прошли со дня пленения брата, никакой информации о нем не поступило. Отрядный ФСБешник уверял, что делается всё возможное, но с мёртвой точки дело не двигалось.

– Алексей, ты сам посуди, - комбат говорил так, словно оправдывался, хотя какие уж тут оправдания?
– знали бы мы, куда его уволокли, тогда другой вопрос. И то напрямую не сунешься - понимаешь, почему?

– Убьют, - что именно сделают с братом, если пытаться освободить его нахрапом, Алексею было яснее ясного.

– Вот именно! Подходы надо искать. А это время.

– Понятно...
– злясь на всех и вся, а больше чем на других, на самого себя, за свою полную беспомощность и неспособность что-либо изменить, Алексей встал из-за стола, за которым сидел, ведя беседу с командиром батальона и, не спрашивая разрешения, покинул помещение.

И кто бы посмел упрекнуть его за это нарушение субординации?

Звонок с неизвестного номера раздался вечером. Обычно Алексей имел привычку отказывать абонентам с неизвестными номерами, но в этот раз что-то заставило принять вызов.

– Алексей?
– в трубке раздался вкрадчивый мужской голос.

– Да, а кто говорит?

– Кислицын?
– задал новый вопрос невидимый собеседник.

– Кто говорит?
– и без того пребывающий на нервах старший сержант начал раздражаться, но что-то удерживало его от того, чтобы "бросить" трубку.

– У тебя есть кое-что нужное мне, а у меня - тебе.

– Пошёл ты...

– Речь идет о твоем брате, - при этих словах в груди у Алексея всё обмерло. Он не поверил собеседнику.

– Что ты сказал?

– Речь идет о твоём брате. О жизни и смерти.

– Он жив?

– О, его жизнь зависит только от тебя!

– Каким образом?

– Надо внимательно меня слушать. Я же сразу сказал: у тебя есть то, что нужно мне.

– Чего ты хочешь?

– Сущую безделицу!

– Блин, говори же яснее!

– Повежливее!

– Говори, чего ты хочешь?

– Я же сказал: сущую безделицу, - в микрофоне раздался приглушённый смешок, будто говоривший был пьян, - в обмен на живого брата. Устроит?

– Что тебе нужно?
– прорычал Алексей, окончательно теряя терпение.

– Об этом мы поговорил завтра, - произнёс собеседник удивительно твердым тоном. Старшему сержанту даже подумалось, что собеседник сознательно играет голосами.
– А завтра ты должен дать мне ответ. Во-первых, согласен ли ты на обмен или нет, но что-то мне подсказывает - согласен. Во-вторых: ты должен сообщить мне день, когда сможешь покинуть ПВД отряда. Я же понимаю, что у вас армия, и чтобы убыть куда-либо, нужны определённые основания.

– Что тебе от меня нужно?
– Алексей терял терпение.

– Спокойно, спокойно, не надо нервничать! Завтра ты напишешь рапорт по собственному желанию или что там у вас? Причину найдёшь. Думаю, в свете столь прискорбных обстоятельств, случившихся с твоим братом, препятствий тебе чинить не будут. А что касается твоего вопроса, на него я отвечу завтра, после твоего сообщения о том, как продвигаются твои дела.

– А если нужного тебе у меня нет?

– Есть, - заверил собеседник.
– Но сейчас я не скажу тебе, что конкретно мне требуется, и по одной простой причине: ты парень молодой, горячий, я опасаюсь, как бы ты в порыве энтузиазма не рванул сегодня же в самоход. Не хватало еще, чтобы тебя по дороге ко мне перехватили бросившиеся в погоню сослуживцы или задержали без соответствующих документов менты. Так что пусть твой отпуск будет официальным. День - другой ничего не решает. Лишь бы всё было в ажуре. Согласен?
– И, не дожидаясь ответа: - Завтра я перезвоню.