– Молчал бы, брат! Я же тебе говорил - нечего затевать бучу.

– Он на нас сам полез!
– Аслан попробовал оправдаться.

– Он был пьян и ничего не соображал.

– Он...

– Молчи! Ты просто хотел покрасоваться.

– А что же ты меня не остановил?
– резонно заметил Аслан.

– Я тебе говорил!

– Что ты мне говорил? Что? Не стоит связываться?
– И уже требовательно, переходя в атаку: - Почему не остановил?

Хасан, бывший на самом деле всего лишь телохранителем говорившего, задумчиво умолк. Аслан был прав - остановить его он мог, но не стал особо и пытаться. Всё представлялось таким простым: набить морду русской свинье и не спеша свалить. А вот как обернулось! И ещё не известно кого Муслим в этой истории сделает крайним - своего племянника или его проштрафившихся телохранителей. От этих мыслей Хасану стало холодно.

– Смотри не упусти!
– прошипел он впившемуся в руль водителю.

– Где их тут упускать?
– резонно заметил Азамат - впереди расстилалась трасса без единого поворота, единственное разветвление вело на военный полигон. Туда, в конце концов, вояки и повернули.

Какова же была досада их преследователей, когда темно-коричневый "Нисан" с военными, так и не остановившись, проехал поспешно распахнутые ворота КПП и скрылся на запретной территории.

– Ай, шайтан!
– заломил руки Аслан.
– Хасан, что будем делать?
– взмолился он к своему более опытному приятелю.

Хасан молчал, обдумывая ситуацию. Затем коротко бросил водителю:

– Разворачивайся!

"Вольво", крутанувшись на пятачке, покатила в обратную сторону. Здесь им пока делать было нечего.

– Хасан!
– выкрикнул Аслан нервно.
– Дядя нас убьёт!

– Есть за что...
– вновь согласился телохранитель, машинально отметив, что на этот раз охраняемый сказал не меня, а нас. И после секундного молчания произнёс почти уверенно: - Но не убьёт.

Аслан недоверчиво покосился в его сторону и хлюпнул разбитым носом.

– ???

– Главное правильно всё подать. Ясно?
– пояснил Хасан.
– В мелочах хозяин копать не будет. А по - крупному...

Прежде чем продолжать, он на некоторое время задумался.

– Слушайте и запоминайте. Дело было так: по возвращении со стрелки мы остановились на трассе - меняли пробитое колесо. Азамат, слышал? Проткнёшь запаску.

Водитель понимающе кивнул.

– Пока меняли колесо, к нам подвалили пьяные спецы. Слово за слово, завязалась драка. Нас смяли, тебя ограбили. Давай высыпай из кошелька все бабки!
– Хасан требовательно протянул руку. Аслан не противился. Всё должно было быть достоверно - в ближайшие дни про кабаки следовало забыть. Дядя столь дотошно допытываться не станет, поверит на слово, но на всякий случай Аслан вынул все деньги и передал телохранителю. Затем слегка надорвал край бумажника и даже заляпал один из уголков кровью.

– Порядок!
– это слово он произнёс почти радостно, но тут же скуксился: - Но флэшка... Её всё равно надо вернуть!

– Надо, - согласился Хасан.
– И возвращать её дядя поручит нам. Если не поручит - напросись сам. Иначе всё выплывет и тогда нам точно хана. А разыскать мы её быстро разыщем, можно не переживать. Среди ментов у нас люди есть, а этого рыжего козла я запомнил. Такой фотопортрет нарисую - пальчики оближешь - красота. Пусть менты его нам только найдут, а там мы из него не только флэшку, мы из него и душу вытрясем!

– Соображаешь!
– похвалил телохранителя Аслан.
– С такими приметами нам этого рыжего враз вычислят!

– Только сразу нашим в ментовке объясни, чтобы всё по-тихому, без официала.

– Это само собой, - Аслан заметно повеселев, согласно закивал головой. - Чики - пики.

К этому моменту автомобиль вырвался на трассу и, набирая скорость, понёсся в направлении города.

Рыжего вычислили довольно быстро. Вот только достать его сразу не получалось - Андрей Кислицын всё время пребывал на полигоне. Можно было бы его вытащить оттуда через ментов, но тогда бы дело приняло нежелательную окраску - официальную. А делать этого не хотелось - ибо существовала опасность привлечь к этому ненужное внимание со стороны других государственных органов. Пока суд да дело, решили обыскать съемную квартиру - чем шайтан не шутит, вдруг флэшка хранится именно там? Вскрыли дверь. Вошли. Перерыли всё, но утраченного носителя информации в квартире не оказалось. Поняв, что поиски тщетны, Аслан, первым прекратив бесполезное занятие, пнул ногой брошенный на пол котелок и повернулся к продолжающим ковыряться в вещах подельникам:

– И где этот урюк может быть?
– то, что спецов распустили по домам, им уже сообщили.

Прежде чем ответить, Хасан взглянул на часы, мысленно прикинул прошедшее после вызова на полигон знакомого таксиста (собственно и сообщившего им о принятом командованием решении) и меланхолично заметил:

– На хате он, скорее всего, уже побывал. Больше не приедет. А им приказано к двенадцати вернуться в казармы.

– Как считаешь, рыжий ещё в городе?

– Само собой. Ты бы на его месте в казарму спешил?

– Но тогда где он?

– Где-где, - вмешался в разговор продолжающий ковыряться в вещах Азамат.
– По - любому в "Крутых горках" тусит.

– Он что, придурок?
– Аслан поднял котелок и швырнул его в экран компьютерного монитора. Звон, хлопок, и осколки стекла посыпались на пол.

– А вот это мы сейчас и проверим. Я в "Крутые горки" звоночек сделаю и в момент проясню момент, - скаламбурил Хасан, вытаскивая из кармана сотовый и тут же набирая знакомый номер.

Едва пошёл гудок, на него тут же ответили.