Мы подъехали к частной подъездной дороге недалеко от Заката. Я посмотрела на Гэри. Он казался спокойным.

— Разве мы направляемся не в больницу? – спросила я, хмурясь.

— В больницу? — переспросил он, будто удивляясь.

— Ну, знаешь, место, куда обычно привозят людей на операции.

Гэри рассмеялся надо мной. Моя грудь сжалась, и я попыталась справиться с этим. Сьюзен ненавидела Гэри, то есть, Я ненавидела Гэри. Но это была спокойная, поддающаяся контролю ненависть. Да.

— Думаешь, знаменитости ходят в Cedars Sinai, чтобы получить свои услуги? Черт, нет. В таком случае, это получило бы ненужную широкую огласку. Поэтому у нас есть личный врач. Они называют его лучшим. А я всего лишь надеюсь, что он держит рот на замке.

— Ох, — говорю я, опускаясь в роли Сьюзен. Конечно, у нас был бы личный врач. Конечно.

Автомобиль съехал в проулок между домами и остановился за одним из особняков. Там были ворота, которые открылись перед нами и, как только наш седан въехал внутрь, тут же закрылись. Я уставилась на заднюю часть особняка. Белая дверь, подсвеченная прожектором и быстро тускнеющим солнцем — единственное, что я увидела. Окон на этой стороне дома не было.

— На месте, — произнес Гэри. — Готова быть Миссис Сьюзен Стидхилл?

— Да, дорогой, — глумливо ответила я.

— Отлично, — похвалил Гэри, одобрительно глядя на меня.

Мы вышли из автомобиля и направились в дом. Я удерживала свой взгляд впереди, не оглядываясь на Гэри. Воображала себя Сьюзен Стидхилл, которой адски надоедает сопровождать мужа в пластическую клинику. Гэри придержал для меня дверь, а я нарочно задела его, не поблагодарив. Могу предположить, что он был вполне впечатлен моей актерской игрой, во всяком случае, до сих пор. Ну, я же должна хоть что-то делать, ведь так?

Я вошла во что-то напоминающее приемную. Две стены были полностью оборудованы зеркалами от пола до потолка, делая помещение гораздо больше, чем на самом деле оно было. На входе находился стенд с вполне интересными произведениями искусства. Но я была Сьюзен Стидхилл, ни малейшего понятия насколько сильно она интересовалась искусством.

Поэтому вместо созерцания скульптур я подошла к одному из кожаных кресел и уселась в него, взяв в руки журнал. Просмотрела страницы огромных домов и подстриженных газонов. И остановилась на рекламе итальянской мраморной столешницы. Сьюзен хотела бы этого. Нет, я.

«Возможно, отремонтирую свою кухню», — подумала я.

Какого мрамора мне хочется больше всего? Не черного, это слишком современно. Нужен хороший античный взгляд. Кремовый мрамор с синей французской плиткой под плинтус. Да, было бы здорово.

Гэри только подошел к стойке, когда позади него открылась дверь, и оттуда вышел человек, одетый в хирургическую униформу. Снова взглянув туда, я увидела проблеск больничной палаты, белую плитку, стенды и металлический столик. Изобразив зевок, я вернулась к своему мрамору.

— Миссис Стидхилл?

Мои глаза оторвались от журнала. Оба мужчины смотрели на меня.

— Да?

— Привет. Я Доктор Дэмор, а на сегодня анестезиолог для Вашего мужа. Вы нужны мне, чтобы заполнить кое-какие формы, после чего мы сможем начать.

Отшвырнув журнал в сторону, я встала и подошла к стойке. Именно тогда заметив врача. Он казался обычным, когда прошел в комнату, даже невзрачным, но теперь, оказавшись с ним вблизи, я обратила на него свое внимание. Его глаза не были карими, как я предположила раньше, а золотистыми, рыжеватый цвет волос, кажется, изменялся с наклоном головы. У него был странный взгляд, красивый, но не обычный. «Лев», — подумала я, вот что рисует воображение, когда я смотрю на него. Хищник.

Я не могла не увлечься им. Вернее, Сьюзен. Почему бы и нет? Он был привлекательным мужчиной. На секунду я пожалела, что не смогу встретиться с ним снова, снаружи. Где-то в настоящем, где я могла бы представиться. Что-то в нем призывало меня к действиям, в то время как я сдерживала себя.

— Вот тут, пожалуйста. И инициалы внизу.

Взяв клипборд с формой на нем, я быстро набросала подпись. Гэри бросил на меня нервный взгляд и я могла поспорить, что он волновался о том, собьюсь ли я на подписи. У него не было причин волноваться, глупый человек. Я же Сьюзен.

— Сколько времени это займет? — спросила я, записывая инициалы «С. С.» в каждой строке страницы, думая о более позднем времени этого дня, когда смогу заполучить свой педикюр и посвятить несколько часов похождениям со своими подругами, трофейными женами, по винным барам. Может, зайду к нему в офис и встречусь с важным акционером. Скукота.

— Не долго, — ответил доктор. — Час или два максимум.

Я оглянулась на него, и в тот же миг мой язык будто увеличился. Он смотрел на меня так, словно мог видеть сквозь оболочку, глубоко в меня. Сглотнув, я переместила взгляд на линию виднеющихся из-под хирургической шапки темно-каштановых волос.