Это только те люди, которых я знал лично. И это были не все. В гостиной помимо нас, ветеранов 14–го корпуса, еще десяток офицеров, причем некоторые в гражданских костюмах. Кто они? Я мог только догадываться. Но явно не случайно сюда зашли, на диванах посидеть, за жизнь поговорить и кофе выпить.

Отвернувшись, я посмотрел в окно. Близился полдень. Во дворе суетились солдаты, и я увидел, что рядом с домом остановились три бронетранспортера. Судя по тому, как их встретили, это свои.

"Да уж… — мысленно протянул я. — Попал я в эпицентр событий исторического значения"…

— Господа! — в гостиную вернулся Рокуэлл, который остановился возле двери. — Маршал Тейт Эрлинг!

Все встали. Спустя несколько секунд появился наш будущий царь и, оглядев всех, кто собрался, он заговорил:

— Господа офицеры. Вы знаете, что произошло и какое горе постигло весь наш народ. Мы осиротели. Царь, доблестный и справедливый лидер государства, Сигурд Вальх, скончался от тяжелой болезни. Всему виной, конечно же, его рвение о благе государства. Он переживал по поводу войны, которую мы ведем с проклятыми республиканцами, и это подточило его здоровье. Почтим покойного государя минутой молчания.

Эрлинг сказал то, что был должен сказать. Разумеется, о смерти царя — извращенца он не жалел. Но соблюсти приличия нужно. Это понимали все, кого он собрал, и в комнате наступила тишина.

Мы молчали. Минута прошла быстро. И маршал продолжил:

— К сожалению, это не единственный удар, который приготовила для нас судьба сегодня. Только что я получил известие о том, что погиб мой старший родственник Родрик Вальх.

— Как!? — не выдержал Эдгар Ротт.

— Маршал Родрик Вальх спешил в столицу. Он летел на вертолете и его подстерегли диверсанты республиканцев. Вертолет маршала сбит двумя ПЗРКа. Родрик Вальх погиб. Поиски диверсантов ведутся.

"А вот и зенитные ракеты проявились, которые я доставил в столицу по приказу Эрлинга, — промелькнула у меня мысль. — Как бы меня теперь, словно ненужного свидетеля, не убрали. Впрочем, это вряд ли. Тейт не будет разбрасываться людьми, которые являются его опорой. Хотя остерегаться, конечно, придется. Да и ладно. Одной опасностью больше, одной меньше. Меня напугать сложно".

Я посмотрел на Эрлинга и поймал его взгляд. Он сразу понял, о чем я думаю, и слегка кивнул.

"Не беспокойся" — так я расшифровал его движение и ответил таким же кивком.

— Итак, господа офицеры, — маршал сделал несколько шагов по комнате, собрался с мыслями и остановился, — наша страна оказалась на краю пропасти. Царь умер. Родрик Вальх тоже. Мы без государя, и это недопустимо. Поэтому, как член династии Вальхов, я принял решение взять бразды правления страной в свои руки. Мне не нужна слава и я не намерен изображать из себя помазанника божьего. Моя цель — благо государство. И ради этого я готов пожертвовать всем, что имею. Но это я. А что скажете вы, мои верные боевые товарищи. Вы со мной или предпочтете остаться в стороне?

Снова в гостиной тишина, а затем раздался клич:

— Слава царю Тейту Первому Вальху!

Эти слова выкрикнул Андрей Рокуэлл и офицеры поддержали его:

— Слава! Слава! Слава!

Эрлинг, которого вскоре станут именовать Вальхом, поднял ладонь. Люди затихли, и он стал раздавать приказы. Кто-то отправлялся захватывать Царскую Стражу. Другие вместе с ним ехали во дворец. Третьи принимали командование воинскими частями, которых находились в столице или пригородах. А мне предстояло вместе с полковником Тюркиром и ротой солдат занять Генштаб. Маршал сказал, что там нас уже ждут и начальник Генштаба после скоропостижной гибели Родрика Вальха на нашей стороне. Но имелся шанс, что его успеет склонить на свою сторону кто-то из конкурентов Эрлинга. И чтобы этого не произошло мы обязаны занять ключевую точку и удержать ее до подхода подкреплений.

Задача была поставлена. Оставалось ее выполнить. Сомнений в своих силах не было и через полчаса, приняв под командование роту мотострелков из бригады "Кайю", мы въехали в столицу.

Появления бронетранспортеров с вооруженными солдатами в бронежилетах и касках в Неерборге никто не ожидал. Однако ни один полицейский нас не остановил. Не нашлось инициативного человека и слава богам, что этого не случилось. Поэтому до двадцатиэтажной высотки Генерального штаба наших вооруженных сил, которая, кстати сказать, находилась всего в двух кварталах от моего дома, добрались быстро. И нас уже встречали. Кто бы вы думали? Мой приятель Робинзон собственной персоной, а вместе с ним маршал Квентин Ричардс.

События развивались стремительно. Тейт Эрлинг раньше своих родственников сориентировался, четко оценил обстановку и не побоялся перехватить управление государством. Обычно, после смерти царя, собирался расширенный Государственный совет из членов царствующей фамилии, сановников, маршалов и самых богатых людей государства. Перед ними зачитывалось завещание покойного, которое, как правило, уже было известно, и Государственный совет давал клятву на верность будущему царю. И только потом начиналась процедура передачи власти с последующей коронацией.