— Не самое лучшее время для раскопок, — я покачал головой. — Граница рядом и скоро начнется война.

— Возможно, — он пожал плечами. — Но я надеюсь на лучшее и моя работа слишком важна, чтобы ее затягивать.

— Настолько интересное поселение?

— Очень интересное, ибо город покидали в большой спешке из-за извержения вулкана, и первопоселенцы бросили немало ценных вещей. В том числе, как я надеюсь, и компьютеры. Во времена технологического спада мы многое утеряли и забыли, а теперь восстанавливаем знания предков и археология вносит в развитие научно — технического прогресса свой немалый вклад. Вы только представьте, сколько новой информации мы получим, если найдем один из древних компьютеров с файлами, которые касаются военного дела, сельского хозяйства или космических полетов. Ведь это будет очередной прорыв.

— Вы правы, профессор.

— Разумеется, прав, — он усмехнулся и предложил: — А приезжайте на раскопки, Темников. Мои девочки вас часто вспоминают. Правда, теперь они уже не наивные практикантки, а взрослые женщины, но вам обрадуются.

— А куда приезжать?

— Район Айнор. Лагерь разобьем у подножья горы Ставер.

— Если представится удобный случай, обязательно приеду.

— Будем вас ждать, — профессор кинул взгляд на вход и довольно потер ладони рук. — А вот и губернатор.

В самом деле, праздник посетил губернатор провинции Балтия господин Рудольф Коваль, невысокий толстячок, очень подвижный и улыбчивый. Рохлин сразу же направился к нему, подписывать разрешительные документы, и я был уверен, что губернатору от него не сбежать. Профессор человек настойчивый и упрямый. Если решил, что получит вожделенную резолюцию, значит, так и будет.

Проводив Рохлина взглядом, я допил шампанское, поставил бокал на подоконник и посмотрел в окно. Мы на втором этаже, а внизу парк и вход на кухню, где рабочие в синих комбинезонах разгружали какие-то мешки. Ничего странного и я хотел отвернуться. Но один мешок упал и из него выпал ручной пулемет. Вот так сюрприз! И что делать? Конечно же, необходимо сообщить об этом охране. Однако я не успел. Один из грузчиков поднял голову, увидел меня и что-то закричал. После чего работяги, доставая из мешков автоматы, бросились в здание.

Кто были эти люди? Наверняка, местные сепаратисты — террористы или диверсанты республиканцев. Они решили уничтожить царского губернатора и офицеров нашего корпуса, а доблестная контрразведка армии, полиция и спецслужбы все прозевали.

— К бою! — расстегивая клапан кобуры, во все горло закричал я.

Музыка смолкла. Гости посмотрели на меня, словно я какой-нибудь пьяница или сошел с ума. Но внизу раздался одиночный выстрел, а затем прозвучала автоматная очередь и по окнам хлестнули пули.

Я бросился в сторону кухни и, заметив Эрлинга, указал на дверь для прислуги:

— Внизу террористы!

В этот момент очередная автоматная очередь, звон битого стекла и пули прошлись по потолку. Завизжали женщины и загомонили местные чиновники. Кто-то бросился бежать. Кто-то спрятался за портьеру. Кто-то застыл в ступоре. Короче, хаос. Зато офицеры и охранники, которых было всего шесть или семь человек, не оплошали. Они выхватывали оружие и занимали оборону. Причем два музыканта совершенно неожиданно тоже достали пистолеты, и один из них, размахивая стволом, закричал:

— Смерть оккупантам!

Они были пособниками нападавших, сомнений не было, но музыканты действовали слишком медленно. Адъютант Тейта Эрлинга капитан Андрей Рокуэлл выстрелил в одного из своего «штейера» и свалил его. А второго ударили прикладом автомата в голову, постарался кто-то из охранников.

Музыкантов нейтрализовали. Но главная опасность никуда не исчезла. Я выглянул за дверь и увидел, что по лестнице поднимаются террористы. Не думая, выстрелил из «макарова» и не оплошал. Первая пуля ударила передового автоматчика в грудь. Второй выстрел. Третий. Еще один террорист отшатнулся. А остальные открыли шквальный огонь.

Отступив от двери и прижавшись к стене, я избежал смерти. Пули раскрошили резную декоративную дверь, прошили ее и задели гостей. Появились раненые, не менее пяти человек. После чего дамы стали плакать и скулить еще больше, а чиновники наоборот затихли. Тут же началась стрельба у других выходов. Видимо, террористы заходили в дом сразу с нескольких сторон. Дело дрянь и я подумал, что шансов выбраться немного.

Однако эта мысль пришла и тут же исчезла. Бой продолжался, и паниковать было некогда.

Ко мне подбежали Рокуэлл, Эрлинг, губернатор со своим телохранителем и Рохлин.

— Сколько их там!? — Тейт вопросительно кивнул и передернул затвор позолоченной «беретты» с дарственной надписью от царя.

— Не меньше шести. Одного я убрал и еще одного подранил.

— Много! — прорычал Эрлинг, бросив взгляд на лестницу, сквозь дырки разглядел нападавших и добавил: — Сейчас пуганем их и прорвемся на третий этаж. Этот нам не удержать.

— Как пуганем?

— Увидишь! — генерал схватил позолоченный подсвечник, который стоял у стены, резко приоткрыл дверь и швырнул его вниз: — Бомба!