По выходным Лера заезжала за девочками, проводила с ними строго определенное время и с сожалением отправляла к Дуське. Сердце разрывалось, когда упирающиеся девчонки не желали входить в вонючую квартиру, но ничего Лера поделать не могла.

Сегодня Лера задержалась на работе. Саввушка попросил разобраться с делом по ДТП. Такие дела удавались Лерке лучше всего. На восемь вечера была назначена встреча с клиентом, которого представляла ее контора.

В восемь с копейками дверь открылась, и на пороге возник элегантный молодой человек крепкого телосложения, в светлой шерстяной тройке, при шелковом шейном платке и сверкающей золотой печатке на пальце. Лера вскинула голову, напустила на себя серьезный вид и тут же расплылась в радостной улыбке.

— Радька! Боже, какой ты стал!

Вадим нахмурил брови, но уже через мгновение Лерка оказалась в его крепких объятиях.

— Батюшки, Пересветова! Вот уж не ожидал тебя здесь встретить! — Вадим отодвинул ее от себя и стал бесцеремонно рассматривать. — Что-то ты, мать, плохо выглядишь. Синяки под глазами, худая, словно швабра, глаз тусклый. Ты что, на диете сидишь, что ли?

— Ну и выводы у тебя! — покачала головой Лерка. — Устаю просто. Учеба, работа...

— Слушай, кстати о работе. Давай перенесем нашу встречу в ближайший ресторан. Я тебя покормлю, заодно и о деле поговорим.

Они сидели за небольшим круглым столиком и мирно болтали. Лерка вкратце рассказала о своем житье-бытье, которое уместилось в несколько фраз. Вдаваться в подробности у нее не было желания. Хоть и дружок, да порядком забытый.

— Ну, ты-то как? — спросила Лера. — Судя по твоему внешнему виду и машине, на которой ты влетел в аварию, твои дела неплохи.

— Да, не жалуюсь, — пожал плечами Вадим. — Но знаешь, Лерка, все это лишь мгновение. Сегодня я на коне, а завтра приду к тебе просить на бутылку пива.

— Чем же ты зарабатываешь на хлеб насущный?

— Я — игрок, — просто ответил Вадим, отпивая из бокала красное вино.

— Это как? — Лерка в удивлении вскинула брови.

— А так. Играю во все — от покера до биржи. Но только с профессионалами и только по крупному.

— И как, везет? — ухмыльнулась Лерка.

— Не жалуюсь. Но врать не буду, за то время, что мы не виделись, пару раз оставался с голой жопой. Но ничего, отыгрался.

— А институт, образование?

— А зачем? — усмехнулся он — Мне, знаешь, за диплом ставку не поднимут и форы не дадут.

— Ты что ж, так всю жизнь и будешь шары гонять да картами о стол шлепать?

— Жизнь переменчива. — Вадим прикурил от золотой зажигалки. — Может, и остановлюсь когда-нибудь.

Лерка улыбнулась. По роду своей деятельности она сталкивалась с настоящими игроками. И знала, что такие люди, словно наркоманы, останавливаются, только когда перестают дышать.

— Ладно, Радька, давай о деле.

— Только вы называете меня этим прозвищем. Боже, как же все это давно было. — Он коротко вздохнул. — Ну, давай перейдем к делам насущным. Забодал меня этот «летун»! Я ему и бабки, и ремонт предлагал, так нет, уперся рогом в плинтус: «Вызываю страховую компанию!» Так они такую сумму накатали!

— Машину надо было свою вовремя страховать, — пробубнила Лерка, просматривая документы. — Ну, ладно, попробуем обойтись малой кровью.

Они подробно обсудили ход завтрашнего заседания суда, выпили еще по чашке кофе и стали прощаться.

— Тебя подвезти? — Вадим накинул ей на плечи пальто и вытащил из кармана ключи от машины.

— Так по документам от твоей тачки одни покрышки остались? — удивилась Лерка.

— Так я новую выиграл, — усмехнулся он.

Через минут двадцать Вадим притормозил около ее подъезда.

— Ну, до завтра. — Он махнул рукой, сел в машину и умчался.

Лерка глянула на часы. Половина двенадцатого. Бабуля, наверное, спит давным-давно. Но к ее удивлению, свет в комнате Фаины Исааковны горел, а она сама сидела в большом кресле и явно поджидала внучку.

— Ба, ты чего, приболела? С сердцем плохо? — забеспокоилась Лерка, увидев флакончик валокордина на столе.

— Я была у Ланы, — не разжимая губ, процедила Фаина. — Почему ты мне ничего не рассказывала?

— О чем?

— О НЕЙ, о том, как она относится к твоим сестрам, и вообще.

Лерка устало опустилась на стул, приготовившись слушать бабушкину исповедь.

Оказывается, в доме, где живет Лана, у бабули был свой «барабанщик». А именно старинная приятельница по институту. Вот она-то и проинформировала «милую Фаечку» о том, чем живет и дышит ее невестка. Фаина отказывалась верить, даже разругалась с подругой.

— Белла еще в юности мне завидовала, — оправдывалась бабуля. — Да и ты всегда приносила ОТТУДА хорошие новости. Но сегодня...