Летом они все жили на даче, а отец каждое утро уезжал на работу и возвращался вечером. В Турцию Лана ездила одна с девочками осенью, в бархатный сезон. Именно в сентябре, считала капризная Лана, там и цены меньше, и погода ласковее.

Конечно, Лера не могла их сопровождать, так как училась, а у отца почему-то именно в это время на фирме постоянно был аврал. Лера боялась этих вояжей, но молчала. Как ни странно, Лана возвращалась из этих поездок с живыми и здоровыми детьми, и девчонки наперебой рассказывали, как им было здорово и хорошо. Все объяснялось просто — отец оплачивал не только отель и проживание, но и ежедневную няню, которую можно было нанять там же, в отеле.

— Ты, как всегда, на недельку? — продолжила Лерка, вытирая руки о полотенце. И только тут поняла, что отец молчит. — Папа? — Непонятная тревога, как в детстве, вдруг прокатилась от затылка до ног и сжала живот.

— Лер, мне предложили выгодную командировку. На полтора года. Это большие деньги и не менее большие перспективы, — тихо сказал отец.

— А как же девочки? — выдохнула Лера, опустившись в бессилии на стул.

— Лерочка, ты забыла, что есть я, — пропела Лана, входя на кухню. — Ты думаешь, я не могу позаботиться о собственных детях? — И она посмотрела на Леру. Широкая улыбка озаряла ухоженное лицо, а большие фиолетовые глаза обдавали антарктическим холодом. Лана стояла спиной к отцу, и Лерке вдруг показалось, что она немедленно окоченеет от этого взгляда.

— Да, Лер, ты не волнуйся, — посадив жену на колено, тепло сказал отец. — Мы девочек определим в садик. Тут недалеко. Так что и тебе, не придется мотаться сюда так часто.

— Тебе, дорогая, пора уже о личной жизни думать, — вновь проворковала Лана. — А то все с сестрами и с сестрами. Я скоро уже ревновать начну. — И она рассмеялась. Тысячи серебряных колокольчиков рассыпались по кухне. Но Лерку уже давно не обманывал этот чарующий смех.

— Пап, но у Анюты аллергия, а Маруся боится чужих. Им нельзя в садик! — воскликнула Лера.

— Лерочка, позволь я решу все сама, — так же елейно улыбаясь, проговорила Лана. — Девочкам пора в коллектив. Правда, Леша? — И она нежно поцеловала отца в шею. Дымка нежности заволокла ясный взор отца. Лера поняла, что сейчас она ничего не добьется от него.

— Лерка, езжай домой, а то поздно уже, — не отрывая взгляда от жены, проговорил он.

Лера молча поднялась и, накинув пальто, вышла.

Они провожали его ранним морозным утром. На голубом до рези в глазах небе горело холодное солнце. Отец прижимал к себе рыдающую Лану и тихо ее успокаивал.

— Ну, ладно-ладно, кролик. Не расстраивайся. Я буду тебе часто звонить. И вы звоните. Лер, — обратился он к дочери, — я Лане оставил все свои телефоны. Так что как только соскучитесь, звоните.

— А ты в отпуск сможешь приехать? — с надеждой спросила Лера.

— Нет, малыш, по условиям контракта я не имею права на отпуск. Да ничего, полтора года пролетят — не заметишь. Ну, все, долгие проводы...

— ...лишнее слюнотечение, — слабо улыбнувшись, продолжила Лера их детскую присказку.

Он легко вспрыгнул на подножку вагона, помахал им рукой. Поезд вздрогнул и двинулся. Лера шла за вагоном все быстрей и быстрей, пока не кончилась платформа. А потом еще долго стояла до тех пор, пока поезд Москва-Таллин не скрылся в морозном тумане.

Она повернулась и побрела к зданию вокзала.

На пустынной платформе стояла одинокая фигура Ланы, кутающаяся в длинную норку.

— Я замерзла, Валерия, — четко проговорила она. — Нам надо поговорить. Пойдем в ресторан, выпьем кофе. — От былой мягкости в ее лице не осталось и следа.

— Мне надо в институт, — попыталась отделаться от нее Лера.

— Успеешь, — отрезала Лана и, не слушая падчерицу, быстро пошла вперед, к светящейся витрине вокзального кафе.

Лерка поплелась за ней.

— Значит так, дорогуша! — без предисловий начала Лана. — С этого момента я сама буду заниматься детьми! Так что ты теперь свободна, как ветер! Приезжать к нам не надо.

Лера на миг потеряла дар речи. Как же так? Она уже не представляла себе жизни без своих сестренок!

— Но, Лана, тебе же будет трудно... — попыталась она объяснить мачехе.

— Это вам с отцом кажется, что мне будет трудно, — отмахнулась Лана. — И вообще, превратили девок черт знает во что. Капризные, ленивые плаксы. Ничего, у меня быстро в норму придут.

— Но я могу хотя бы видеться с ними? — поняв, что дальше разговаривать с этой бабой бесполезно, в отчаянии спросила Лера.

— Слушай, Лер, я тебя не понимаю! — Лана выпустила струю дыма. — Ты молодая девица, тебе пора уже с мужиками хороводы водить, а ты все с детьми возишься. Неужели не надоело?

— Не надоело, — огрызнулась Лера. — Ну так я могу с ними хотя бы по выходным встречаться?