Через час мы снова брели по берегу, к концу дня должны были достигнуть стен Тарона. Я не хотела идти туда даже в качестве гостьи, поэтому решила по прибытии сразу взять аттарина и отправиться домой. После проведенной с Эфином ночи почувствовала себя в очередной раз раздавленной, но не из-за того, что жалела о произошедшем, а от того, что это было лишь воспоминанием о прошлой жизни, которое я должна в очередной раз спрятать глубоко в душе. Он всю дорогу держал меня за руку, я же не смела ее забрать, пусть хотя бы недолго мы побудем влюбленной парой.

К вечеру впереди показались темные стены города, Эфин сразу ускорил шаг, но я что-то почувствовала, что-то, что заставило остановиться и осмотреться вокруг:

– Почему ты остановилась?

– Я не знаю, что-то внутри говорит не идти туда.

А через мгновение мои глаза снова засияли особым светом, и я уже была в центре Тарона, там повсюду стояли чистокровные, часть солдат окружила кого-то на площади, как только подошла ближе, то увидела Эфина, стоящего на коленях с завязанными за спиной руками. Вокруг собрались номары, они смотрели на своего Лидера, но не делали и шага, а спустя секунду из толпы в сопровождении нескольких чистокровных вышел Фарон и, проследовав к брату, нанес ему удар в живот, от чего тот упал, отплевываясь кровью.

Когда же связь со Скайрой прервалась, я посмотрела на Эфина и, схватив за руку, сказала:

– Мы не пойдем в город! Надо немедленно скрыться в лесу.

– Что?! Что ты видела?

– Боюсь, ты уже не Правитель Тарона.

– Это что еще за чепуха?

– Если ты войдешь в ворота, то немедленно окажешься в лапах чистокровных, которые сейчас заполонили улицы города, а знаешь, кто стоит во главе? – Эфин не понимал меня. – Фарон! Он сейчас там и только ждет момента поквитаться с тобой.

– Этого не может быть! Фарон хоть и полон ненависти и желает господства, но он не пойдет на такое! Это против закона крови.

– Ты продолжаешь жить как в тумане. Неужели тот случай с нападением тумо и непослушанием чистокровных ничему не научили тебя? Фарон давно жаждет сместить тебя. И как ты думаешь? Откуда в лесах вдруг появились тумо в таком огромном количестве? Твой брат пытается дискредитировать и уничтожить тебя. Сейчас он в городе, который у него в плену, а смешанные тебе не помогут.

– Я не верю, ты явно что-то задумала.

Тогда я отвернулась от него и приготовилась уйти:

– Мне жаль тебя, Эфин. Можешь идти туда, но в таком случае я прощаюсь с тобой навсегда.

Направившись в сторону леса, видела, как он стоит в полной растерянности и не знает, что делать дальше. Однако я не успела дойти до джунглей, как Эфин нагнал меня и остановил:

– Постой. Я верю тебе, просто не могу поверить в то, что брат предал, а Совет бездействовал в момент захвата.

– Не стоило ждать от них помощи, смешанные теперь такие же, как и многие из нас, они не имеют кровной связи, боятся потерять то, что у них есть, и не будут умирать за своего Лидера, а чистокровные давно уже находятся во власти Фарона.

– Получается, что наследник Танафера и Правитель Тарона – изгой. Здешние леса кишат этими тварями, а безумный братец взял в руки бразды правления, ты хоть представляешь, что теперь будет?

– Могу представить. Они начнут тотальный захват земель. Неужели у номаров больше нет союзников? Тех к кому бы ты смог обратиться за помощью?

– Увы, но нет. Единственное, нам надо идти в Мазарат к твоему отцу и попытаться что-то придумать.

– Да, если только Фарон не опередил нас. Знаешь, когда он пришел к нам, чтобы заручиться поддержкой, то хотел получить меня в обмен на то, что не будет трогать Мазарат.

– А вот этому не бывать! – глаза Эфина буквально налились кровью, и он готов был раздробить рукоятку меча, которую сжал со всей силы. – Сначала пусть убьет меня.

Мы отправились в путь, тумо еще не добрались до этой части лесов, поэтому решили идти всю ночь, не останавливаясь, дабы не терять драгоценного времени. Добравшись до Мазарата к утру, немедленно пошли к моему отцу. По дороге я все рассказала встретившему нас Минекая, когда же зашли в дом и поднялись в Зал Советов, то там уже собрались все благородные мужи, а отец что-то яростно пытался им доказать. Но, увидев меня, он отбросил все и подошел, чтобы обнять:

– Ты цела и невредима! Дочка! – его глаза казались такими болезненными, а лицо было бледным как никогда.

– Что с тобой, отец? Ты плохо выглядишь.

– Неважно, главное, что ты здесь, - затем он повернулся к Эфину. – Спасибо, что вернул ее.

– Не за что, – он ответил сухо и чувствовал себя опозоренным, так как стоял один среди крианцев.

Я же снова обратилась к отцу:

– Фарон был здесь?

Тогда Правитель отошел в сторону и посмотрел на меня с тяжестью в глазах: