– Да уж… – Надежда вспомнила рассказ дизайнера Елены, вот уж не повезло ее сыну…

Выходит, и правда парень не так уж плох, просто попалась такая скотина вместо завуча.

Овсюгова наконец отошла от своего высокопоставленного родственника и затерялась в толпе участников конференции.

И как раз в это время из толпы выскользнула та молодая женщина в костюме цвета морской волны, на которую Надежда обратила внимание перед входом во дворец. Она приблизилась к вице-губернатору и быстро проговорила:

– Федор Владимирович, вы не могли бы ответить мне на несколько вопросов?

– Вопросов? – вице-губернатор настороженно взглянул на женщину. – А вы кто? Какое СМИ вы представляете?

– Моя фамилия Соловьева, Ольга Соловьева. Я свободный журналист. Я вам звонила два дня назад…

– Ах, это вы! – Воронок насупил густые брови. – Я не даю никаких интервью, понятно? Особенно свободным журналистам!

– Мне не нужно полноценное интервью, ответьте только на несколько вопросов…

Вице-губернатор мигнул одному из своих спутников, молодому человеку с широким лицом и пустыми равнодушными глазами. Тот подскочил к журналистке, схватил ее за локоть и потащил к выходу из зала, что-то тихо говоря ей на ухо.

Надежда нахмурилась. Недолго раздумывая, она схватила со стола бокал красного вина и устремилась в том же направлении, куда увели журналистку.

Выйдя из зала, она огляделась и, прислушавшись к своей интуиции, пошла влево по коридору.

Коридор сделал поворот, и сразу за этим поворотом Надежда увидела журналистку. Она стояла прислонившись спиной к стене, точнее, вжавшись в стену. В глазах у нее был страх. Над ней нависал молодой мужчина с широким лицом и медленно, веско говорил:

– Ты не понимаешь намеков? Тебе Федор Владимирович все ясно сказал? Он тебе сказал, чтобы ты заткнулась и убралась в ту щель, откуда выползла? Ты понимаешь, что мы с тобой можем сделать, если ты не угомонишься? Мы тебя просто раздавим! – с этими словами мужчина сделал вид, будто давит на полу какое-то насекомое. – Ты поняла? – Женщина молчала, и тогда он добавил: – А чтобы ты лучше запомнила мои слова…

Он занес над ее лицом сжатую в кулак руку, но в этот момент Надежда громко закашлялась.

Мужчина повернулся к ней, не отпуская журналистку, и раздраженно проговорил:

– А вам что здесь нужно? Сюда посторонним нельзя!

– Я ищу туалет, – оживленным голосом проговорила Надежда. – Говорила я себе – не больше одного бокала, но не удержалась, и вот теперь ищу… вы не знаете, где тут туалет?

– Понятия не имею! – огрызнулся мужчина. – Здесь его точно нет.

– Вы уверены? – Надежда подошла ближе, споткнулась и выплеснула на белую рубашку мужчины бокал красного вина, который держала в руке. – Ох, извините, какая же я неловкая! Просто не знаю, что со мной сегодня творится!

Мужчина выругался, шагнул в сторону и попытался отряхнуть рубашку. Лицо его побагровело.

– Ну вот, – прощебетала Надежда, – теперь вам тоже нужен туалет! Кстати, я вспомнила, он вон там, за углом!

Мужчина что-то прошипел и скрылся за углом, а Надежда подхватила журналистку под руку и потащила ее в противоположную сторону.

Коридор сделал еще один поворот, и они оказались перед выходом. Возле двери прохаживался охранник.

– Куда вы, женщины? – проговорил он, увидев беглянок.

– Выпустите нас, пожалуйста! – взмолилась Надежда.

– Здесь нельзя, это служебный выход! – строго проговорил охранник. – Если вам нужно выйти, идите через главный вход…

– Пожалуйста, пропустите нас! – повторила Надежда Николаевна и незаметно вложила в руку охранника купюру. – Представляете, ей только что звонили, у нее в квартире протечка… нужно скорее ехать домой, а то соседей зальет!

– Протечка? – с сомнением проговорил охранник, пошуршал купюрой и двинулся к двери. – Ну, если протечка, тогда ладно!

Он воровато оглянулся по сторонам, выпустил женщин и закрыл за ними дверь.

Оказавшись на свободе, Надежда завертела головой:

– Поймаем такси, нам нужно как можно скорее отсюда выбираться.

– Не нужно ничего ловить, – остановила ее журналистка, – у меня своя машина рядом стоит. Я сумела близко припарковаться.

Действительно, буквально в двух шагах от дворца была припаркована крошечная красная двухместная машина.

– Она, конечно, не очень вместительная, – проговорила журналистка, открывая дверцу, – зато никаких проблем с парковкой. Может втиснуться куда угодно, занимает не намного больше места, чем портфель, а это при моей профессии очень важно…