Еще через неделю мальчик полировал лезвие специальной пастой, высунув от усердия кончик языка и активно елозя специальной тканью по металлу, после чего, закончив, позвал Акаади. Полюбоваться. Призрак одобрил: лезвие получилось обоюдоострым, не очень большим - двенадцать сантиметров в длину, с красивым узором из завитков, петель и точек - словно тонкие черно-серо-серебристые нити, прихотливо свитые между собой. Еще два дня ушло на рукоять, после чего наступил черед декоративных накладок из золота и прочих украшательств.

Про безопасность Люк также не забыл: еще за три дня он сделал из титана и керамостали простой тренировочный нож, красивый, но совершенно тупой, просто волнистая не заточенная пластина и дырчатая позолоченная рукоять. Для учебы - самое оно.

В Силе ножи ощущались интересно. Если тренировочный был самым обычным, то вот боевой... Переплетение металлов с самыми разными свойствами ощущалось, словно слоеный пирог. Черное железо Силу впитывало, словно черная дыра. Жадно и с готовностью. Представив себе, сколько усилий надо было приложить, чтобы напитать заготовку для меча, Люк уважительно присвистнул, поражаясь упорству, способностям и уровню Силы древних ситхов. Круто, ничего не скажешь! Все равно, что разрушитель напитать, не меньше.

Поющая сталь... пела. По другому и не скажешь. В Силе она слегка словно звенела и впитывала ее с некоторым трудом. А вот фрик противился напитке, каждую каплю принимая с некоторым отвращением. Словно капризный ребенок, отказывающийся съесть кашу. В конце концов он ее съест, но вот сколько нервов попортит в процессе...

В общем, впечатление нож производил интересное.

Собравшиеся на демонстрацию шедевра Вейдер с Сидиусом и Акаади оружие внимательно осмотрели, прощупали всеми доступными им способами, одобрительно переглянулись, после чего довольно полюбовались, как Люк "играет" с ножом.

– Как ты его назвал?

– Бабочка.

– Похоже, - согласился Палпатин, вертя в пальцах нож.
– А Лея себе ничего не отрежет?

– Нет, я сделал еще и тренировочный, совершенно тупой, - Люк достал второй экземпляр и показал его деду.
– Вот.

– Разумно, - одобрили ситхи. Император еще раз осмотрел ножи и обратил внимание на маленькое клеймо на лезвиях, расположенное практически у рукоятей.

– Что это?

– Утренняя звезда, - в глазах Люка мелькнула темная гордость.
– Мой личный знак.

– Твой?
– иронично усмехнулся Вейдер. Мальчик кивнул.

– Конечно, мой. У дедушки - герб Империи, у тебя - звезда. Я тоже хочу.

Люк встал перед Сидиусом и принял официальный вид.

– Ваше Императорское величество, - начал ребенок и Сидиус поощрительно кивнул, - я могу нанести свой знак на захваченный шаттл? И не только на него?

Палпатин прищурился, смотря на поедающего его преданным взглядом внука. Интересная просьба... имеющая далекоидущие последствия. Действительно, раз он избрал малыша Наследником, ему необходим личный знак, герб, показывающий, что данная вещь, в самом широком смысле этого слова, принадлежит лично ему. Как 501-й легион, несущий звезду на наплечниках, или Черная Эскадрилья Вейдера...

– Хорошо. Разрешаю, - кивнул Император и Люк поклонился, после чего занялся ножами.

– Отлично, теперь я вижу, что творческая жилка у тебя есть, - Палпатин внимательно смотрел, как Люк упаковывает подарок, тщательно завязывая ленту на коробке.
– Значит, можешь отправляться на Загобу, Ларсов проведать. Не передумал еще?

– Нет, - Люк закончил упаковку и присел на диван. Слава Силе, это не тронный зал и стоять в присутствии Императора не обязательно.
– Надо.

– Надо...
– поднял бровь Палпатин и Вейдер недовольно нахмурился.
– Ты уверен?

– Да. Вот просто надо туда лететь, и всё тут. Через неделю. Не позже.

– Одного я тебя не отправлю, - глубокий баритон Вейдера наполнил гостиную.
– С меня и прошлого раза хватило!

Сила заплескалась, словно начинающее волноваться море, начали чувствоваться первые нотки гнева и недовольства, исходящие от ситха. Палпатин одним жестом остановил начинающиеся разборки.

– Сын! Спокойно... Один Люк не останется. С ним будут Тени. Охрана Наследника, пусть об этом еще никто не знает, теперь на них.