— Вам нужны помощники, господин. Кто-то должен заботиться о лошади, об оружии. Делать уборку. Выполнять поручения. Всего понемногу, в общем…

— А что об этом думает твой отец?

Дариль опустил глаза.

— По правде говоря, я надеялся рассказать ему об этом в вашем присутствии. Было бы здорово, если бы вы сказали ему, что это ваша идея…

Лорн посмотрел на него, не в силах объяснить свое расположение к этому недотепе, который, казалось, вырос слишком быстро и, словно от избытка нетерпения, разом проскочил детские годы.

— Я подумаю над этим, — сказал Лорн.

— Правда?

— Я не сказал «да»! Тем не менее я мог бы дать тебе поручение, которое необходимо исполнить теперь же.

— Все, что прикажете, господин!

— Ты знаешь, где лачуга Кадфельда?

— Я из квартала Красных Мостовых, господин.

— В будущем, по возможности, отвечай «да» или «нет».

— Тогда да. Я знаю.

— Сходи туда и принеси все, что может потребоваться Кадфельду. Или все, что имеет хоть какую-нибудь ценность. Думаю, замка на двери там нет.

— Слушаюсь, господин.

И Дариль понесся к выходу, налетев на входившего во двор отца Эльдрэма.

— Прошу прощения, отец!

Лорн встал.

Высокий, худой, с прямой осанкой, отец Эльдрэм оказался молодым человеком лет тридцати на вид. В знак вечного траура по Дракону-королю он, как и все священники его церкви, носил черную сутану. Церковь Дракона-короля, Дракона-искупителя, как его еще называли, вытеснила культ других божественных Драконов практически отовсюду. Лишь Церковь Эйрала, Дракона знания и света, пока не уступила ей своих позиций в Ориале и других городах Верховного королевства.

— Добрый вечер, отец.

— Добрый вечер, сын мой.

— Меня зовут…

— Я знаю, кто вы: в квартале только о вас и говорят. Вскоре я и сам собирался нанести вам визит. Но самое главное — я знаю, что вы сделали сегодня вечером для бедного Кадфельда, и благодарю вас за это.

Лорн спросил себя, зачем этот священник хотел к нему прийти. Простая вежливость?

Маловероятно.

— Как дела у Кадфельда?

— Спит. Я дал ему болеутоляющую микстуру и перевязал раны.

— Он поправится?

— Он уже не молод, но силы у него еще имеются. Будем надеяться, что длительный отдых все исправит. Впрочем, мы можем только молиться. Решает все Искупитель.

Отец Эльдрэм осенил себя знамением, дотронувшись указательным пальцем до изображения Дракона-короля, которое украшало его грудь: вертикальная линия от головы до хвоста, затем горизонтальная линия, соединяющая кончики распахнутых крыльев. Дракон-король был наиболее могущественным и наиболее мудрым из всех божеств. Благодаря тому, что он пожертвовал своей жизнью, наконец завершилась эпоха Теней; это также позволило одержать победу над армиями тени и забвения и лишило Драконов бессмертия. По мнению черных священников, жертва Дракона-короля очистила души людей, которые с тех пор могли надеяться на вечное спасение.

Лорн не верил, что его душа вечна. И еще меньше — что ей уготовано спасение.

— По словам Кадфельда, — сказал он, — милиционеры требовали, чтобы он заплатил налог. Что тут такое происходит?

Священник вздохнул и предложил ему присесть.

— Происходит тут то, — ответил он, когда они сели, — что префект нашего квартала жаден и продажен.

— А разве все остальные не таковы?

Отец Эльдрэм сдержанно улыбнулся:

— Более или менее, да. Особенно с тех пор, как их назначает не Городской совет, а королева. Наш, Таленн Иоргас, бьет все рекорды. Он обложил жителей Красных Мостовых непомерными налогами, основную часть денег забирает себе и еще больше обогащается, проворачивая разные махинации.

— И что, на него нельзя найти управу?

— Он племянник Эстевериса, министра королевы. Иными словами, неприкосновенный.

Лорн хмыкнул.

Взяться за племянника — не самый плохой способ подобраться к дяде. Возможно, этот козырь следует приберечь…

— И даже если кто-то попытается протестовать, — продолжил черный священник, — это все равно безнадежно: милиция находится на содержании у Иоргаса.

— Мне казалось, милиционеров выбирают из числа жителей квартала. Причем сами жители.

— Сейчас милиция Красных Мостовых — одно название. Иоргас превратил ее в свою личную охрану и принимает в нее разных головорезов, в том числе бывших заключенных. Их жестокость вы сегодня видели сами. А во главе стоит гнусный негодяй по имени Андара. Вот кто воистину сеет здесь ужас.

— Кто он?

— Мы не знаем. Без сомнения, бывший наемник. Если позволите, я бы дал вам совет, рыцарь: не ищите ссор с этим чудовищем.

Не отвечая на его слова, Лорн в свою очередь спросил:

— А вы? Докучают ли вам Иоргас и его бандиты?