Оставались только лучшие.

— Насколько мне известно, вас оправдали, рыцарь.

Лорн пожал плечами:

— Обвинение такого рода — как шрам на лице. Не важно, заслужил ты удар или нет. Не важно, сожалеет тот, кто его нанес, о своем поступке или нет.

— Тем не менее король вручил вам перстень Первого рыцаря королевства. Это говорит о высочайшем доверии, которое он вам оказывает.

Лорн опустил взгляд на кольцо из оникса и серебра на своей правой руке. Он знал о некоторых причинах, которые побудили Верховного короля сделать его Первым рыцарем. Не все они были ему по душе; к тому же он понимал, что существуют и другие мотивы, пока ему неведомые. В одном он не сомневался: этот перстень будет всегда разжигать любопытство, беспокойство и зависть.

— Что вам от меня нужно? — повторил он.

Он был настороже, убежденный, что Лилия скрывает свои истинные намерения.

— Я только хотела выразить вам свою симпатию, рыцарь. Она вам до такой степени неприятна?

Лорн почувствовал, как Иссарис положил бархатную лапу на его меченую руку. Он сделал вдох и успокоился.

— Отчего же, — произнес он.

Обаяние этой женщины таило в себе магию, колдовство.

— Я также желала бы уверить вас, что мы преследуем одну и ту же цель, — сказала Лилия мягким голосом. — Вы и я. Точнее, вы и мы. — Она снова улыбнулась.

— И какова же эта цель, мадам?

— Благо Верховного королевства, разумеется.

Лорн долго рассматривал ее, но она, казалось, ничего не имела против. Затем со странной улыбкой он подхватил Иссариса на руки и отошел от дамы Мерилл.

— Спокойной ночи, мадам.

— Спокойной ночи, рыцарь. До новых встреч.

Ранним утром следующего дня Лорн оседлал свою лошадь. С Иссарисом на плече он выводил лошадь из конюшни, в то время как замок просыпался с первыми проблесками рассвета. Лорн пересек двор и увидел Теожена возле подъемной решетки внутренней стены.

Лорн удивился, так как он простился с графом накануне, по окончании встречи с глазу на глаз, в течение которой он объяснил ему подробности задания Верховного короля. Тем не менее Теожен ожидал его, облаченный в длинный жилет из стеганой кожи, подпоясанный широким поясом.

— Доброе утро, рыцарь.

— Доброе утро, граф.

— Я хотел пожелать вам счастливого пути. И еще раз поблагодарить вас.

— Не стоит благодарности.

Утренний свет был слабым и приятным для глаз, и Лорн пока не надел ни очков, ни капюшона. Теожен смог заглянуть в его разноцветные глаза.

Но ничего не прочел в них.

— Пойдемте, — сказал он, помолчав.

Он махнул рукой, приглашая Лорна следовать за ним.

Лорн посадил Иссариса на седло своей лошади и отошел вместе с графом на несколько шагов. Глаза сидящего кота следили за ними.

— У плана короля мало шансов на успех, — заговорил граф. — Что касается этой идеи о восстановлении Ониксовой гвардии… — Он с сомнением покачал головой. — Но мне кажется, на этот риск стоит пойти. Вы можете рассчитывать на мою помощь.

— Вскоре король непременно обратится к вам. И к вашим виверньерам.

— Я был и остаюсь на службе Верховного короля.

Лорн кивнул.

— Но вы, рыцарь, вы будете очень одиноким, — добавил Теожен. — Вам будет очень сложно найти других союзников помимо меня. И тем более таких легких на подъем, ведь виверны есть только у меня. Этот перстень возвышает и защищает вас, но в то же время выставляет напоказ и делает уязвимым. Относитесь с недоверием ко всем вокруг и не ложитесь спать без кинжала под подушкой. И обязательно побывайте у Сибеллюса. Я уже говорил вам о нем вчера: он окажет вам помощь. Это мой старинный друг. Я ручаюсь за него.

— Обязательно побываю.

Граф помолчал, вместе с Лорном возвращаясь к лошади, а затем произнес:

— Я так и не понял, какие мотивы движут вами, Лорн. Но вы собираетесь совершить невозможное от имени Верховного короля, и по этой единственной причине… — Он не договорил.

И обменялся с Лорном крепким рукопожатием.

— Некоторые победы вначале казались заранее проигранными битвами, верно?

Теожен подошел к даме Мерилл, стоявшей на крепостной стене. Облаченная в серый плащ, колыхавшийся на ветру, она смотрела вслед Лорну, который удалялся навстречу утреннему солнцу.

— Итак?

— Не знаю, что думать об этом Лорне, — признал граф. — Он смел, умен и решителен. Он один из лучших бойцов, которых я когда-либо встречал, но… — Он замолчал на полуслове и беспомощно покачал головой.

— Вы полагаете, он сможет преуспеть? — спросила Лилия. — Вы полагаете, король сделал хороший выбор?

— Не знаю, — повторил Теожен. — Безусловно, с тех пор как власть короля стала слабеть, он совершил множество ошибок. Но если этот возвратившийся из ада человек — единственный шанс, который остается у Верховного королевства, то им обязательно следует воспользоваться.