— А откуда? Говоришь без акцента — значит, не из Аргентины и не с Зеландии. На африканца тоже не тянешь. Если не шпион с Мадагаскара, значит, из Сиднея.

— Следопыт… Ну так что, провезешь?

— Запросто. Только ничего ты не увидишь. Там все самое интересное в доках происходит.

— А что — «самое интересное»?

— Танкеры под крышку закачивают. — Шофер хмыкнул. — Да вон, смотри направо.

Если бы не фрагмент далекой морской глади, Волк и не догадался бы, что это порт. В Сиднее и Брисбене подобные места выглядели иначе. Открытые причалы, краны, вода… А здесь вдоль берега возвышались сплошные ряды высоченных металлических коробок-доков.

— Да уж, вид так себе…

— Вон, вон, гляди, как раз один танкер под погрузку становится.

Володя рассмотрел только серый борт входящего в плавдок мастодонта. Картинка была секундной, а дальше снова пошли одинаковые ряды гигантских железных коробок.

— С той стороны, над водой, у них ворота, а с берега даже маленькой дверцы нет. Только трубы пристыкованы.

— Трубы?

— Ну да, которые бульон подают.

— Бульон?

— Так местные жители зелье называют, которое в танкеры закачивается. Дрянь студенистую…

— Липучку, — перевел для себя Волк.

— Что, в Сиднее тоже такое случается?

— Нет, у нас в порту ничего не прячут, и танкеры в основном возят химикаты с нефтью.

— Ну, а у нас, как видишь, узкая специализация. А зашифровано все — не подойди! Только никому и не надо туда подходить. Ничего интересного, да и «М-5» за такое любопытство может файл благонадежности подпортить.

— Это что за файл? — удивился Волк.

— У вас пока не ввели? Ну, еще узнаете. Вот доберется до вас «М-5», сразу поймете, как правильно дышать и о чем полагается думать. В первую очередь Черному достанется, это точно… Жалко будет, я туда пару раз наведывался. А ты часто там бываешь?

В голосе таксиста мелькнули заговорщицкие нотки.

— Тоже пару раз…

— Врешь! Живешь в Сиднее и не ездишь в Черный?! Или что, репутацию боишься запятнать? Так вас же никто толком не контролирует. «М-4» это ж не пятая версия, гуляй — не хочу… Э-эх, я помню в такой бардак однажды завалился… Трое суток как в раю! Та-акие бабенки были…

Володя рассеянно кивнул, хотя водитель вряд ли его видел. Воспоминания шофера о виртуальных шлюхах интересовали лейтенанта меньше всего. Его всецело занимала странная обстановка в Дарвине. Новая жесткая версия «Мегаполиса», секретные доки в порту, отгрузка немыслимых объемов липучки, преобладание людей северной расы и полицейские патрули на каждом углу… И все это под эгидой Специальной политической или, как вариант, правительственной комиссии.

— Слушай, драйвер, а почему так много полиции? Ждете Президента?

— Не знаю… Да, по-моему, как обычно полиции. Мы уже привыкли. В наших-то районах легавых почти нет. Так, два-три патруля на десять кварталов, да и те из местных.

— А ты в каком районе живешь?

— Да уж не в самом богатом. — Таксист рассмеялся. — Коренные северяне в таких не селятся.

— Так ты… светлый?

— Что я слышу? — фальшиво удивился водитель. — Разве в Сиднее остались расовые предрассудки?

Тонированная перегородка слегка опустилась, и в щель протиснулась рука. Светлая кожа и перстень с голограммой под бриллиант. Таксист помахал пассажиру и спрятал руку. Стекло снова поднялось. Кроме руки, Волк успел рассмотреть только лохматую макушку.

— Нет, у нас предрассудков нет, но… Я бывал в Дарвине лет пять назад, но не помню такого количества… коренных северян.

— Сами удивляемся. — Шофер вздохнул. — Расплодиться так за пять-шесть лет нельзя, только если они себя клонируют… Или откуда-то приезжают. Но я что-то не слышал о странах, где такие люди водятся. Может, в Африке?

— Нет, натуральные африканцы другие.

— Тогда вообще непонятно… О, гляди, Джерри!

— Кто? — Володя завертел головой.

— Вон там, у студии «Максима»… в стильную такую машину садится. Видишь? Это Нуриев! У нас тут часто можно звезд встретить, но Джерри вижу впервые.

Волк проследил за садившимся в экипаж северянином. Без сомнений, это был знаменитый ведущий утренних мыслепрограмм «М-4». В голове лейтенанта тут же созрел план.

— Давай за ним!

— Давай, — согласился таксист. — Если повезет, может, автограф срубим…

Машина Джерри была наземной, более того, колесной, но страшно дорогой. Волк видел такие экипажи только в клип-журналах о светской жизни. Авто Нуриева щеголяло маркой «Лада» модели 5539. Вряд ли это был настоящий автомобиль эпохи миротворцев, наверняка вместо водородного под его капотом прятался атомный генератор, а на колеса не было привода, и они выполняли функцию банальных шасси — движителем был стандартный гравитационный ускоритель. Но все равно, внешне машина была в точности такой же, как серийные образцы тех далеких лет.