Машина резко затормозила. Барков взглянул в окно. Покровский бульвар. До Солянки осталось совсем немного, но Денис почему-то прижал «Вольво» к обочине.

– Шипы! – пилот махнул рукой вперед. – Не проедем!

Поперек Бульварного кольца – и на проезжей части, и на тротуарах, и между старинными трамвайными рельсами, и даже на газоне – торчали металлические шипы. Целое поле острых, двадцатисантиметровых штырей. Проехать дальше представлялось возможным только на танке или на трамвае. Но и то и другое было нереально. Танки в столицу пока никто не вводил, а трамваи «парализовало» одновременно с прочей электрической техникой. По другую сторону «драконовой пашни», на перекрестке с улицей Воронцово поле, сформировалась плотная пробка во всю ширину бульвара. Причем машин, попутных «Вольво», по эту сторону препятствия было не больше десятка. Складывалось впечатление, что незадолго до появления шипов на Бульварном ввели одностороннее движение по обе стороны от разделительного газона.

– Бульдозер бы сюда, – задумчиво произнес Николай.

– Они сейчас все заодно, – возразил Барков. – А «С4» у нас мало, проход в этом стальном бамбуке им не прорубить. Или есть запас, а, Владислав Валерьевич?

– Неприкосновенный. – Седой вынул из кармана три шарика. – Для Васи, Ольги, ну и на крайний случай.

– Пешком дойдем! – уверенно заявил генерал, вытаскивая из-за пояса пистолет. – Хромые, что ли?

Он попытался открыть дверцу, но в этот момент с его стороны послышался скрежет. К левому борту машины «притерся» здоровенный белый «Мега-Крузер». Экипаж «Вольво» как по команде дернулся к правым дверям, но справа к скандинавской машине прижался военный «Тигр». Денис включил «реверс», но «Вольво» не успел двинуться с места, в его задний бампер уперся черный джип. Что будет дальше, все поняли довольно быстро. Хотя быстрее всех оценил ситуацию «Сокол».

«Опасность первой степени. Активирую общую защиту».

Тому, кто не знает, что такое огневой контакт с расстояния трех метров, не понять всего комплекса ощущений, охвативших зажатых в «Вольво» пассажиров. Это был и страх, и отчаянная смелость, и ожидание неминуемой гибели, и полная уверенность в том, что все обойдется… И масса других противоречивых чувств, накативших и отхлынувших, как волна, за считаные секунды. Из «Крузера» и «Тигра» не стреляли, огонь вели бойцы из джипа, подпершего «Вольво» сзади. Стекло в задней двери очень быстро превратилось в сито и просто выпало на асфальт. Пули с тугими хлопками прошивали кузов, сиденья, обивку салона. Они толкали в плечи, спины, били по рукам, отвешивали тяжелые подзатыльники, а героически развернувшимся лицом к опасности и открывшим ответный огонь Владиславу и генералу досталось еще и по лбу, но… Но ни на ком из бывших «вертолетчиков» вражьи пули не оставили и царапины.

– А-а, козлы! – заорал Николай, выбираясь через заднюю дверцу на капот джипа. – Что, взяли?! Хрен вам!

Он почти в упор расстрелял двоих пятящихся в полной растерянности автоматчиков и спрыгнул на асфальт слева от черной машины. Двое других бойцов опустили бесшумные валы и попытались спрятаться за джипом, но из «Вольво» уже выбрался Владислав и «пуленепробиваемые старички» (как впоследствии их обозвал Денис) зашли с двух сторон. Николай не преуспел – его поджидали. Один из бойцов встретил генерала очередью, опрокинувшей его на асфальт. Зато появление Владислава Валерьевича оказалось для врагов сюрпризом. Седой, не утруждая себя прицеливанием, полоснул по спинам бойцов парой коротких очередей, затем развернулся, выпустил оставшиеся патроны по «Крузеру» и быстро сменил магазин. Экипаж «Мега-Крузера» больше не представлял угрозы, но Владислав на всякий случай заглянул через разбитое заднее стекло в салон и сделал пару контрольных выстрелов. В этот момент Николай Николаевич, по другую сторону от черного джипа, исполнял акробатическую фигуру «стреляющий борец». Из «Тигра» выпрыгнули трое типов с «калашниковыми», и упавшему на спину генералу пришлось сначала встать на мостик, а затем перекатиться под прикрытие джипа – одновременно стреляя из верной «гюрзы». Израсходовав все патроны, он уложил двоих. Третьего достал Владислав, опять коварно подкравшийся с тыла.

– Влад, хотя бы одного пидора живьем! – заорал генерал, выбираясь из-под машины. – Живьем возьми!

– Поздно пить боржоми, – утирая со лба испарину, проронил Владислав, обходя «Тигр». – Я думал, тут еще шофер, а оказалось, их всего трое. Налепили, понимаешь, тонировку, рассмотри попробуй, кто там в машине и сколько… Эй, народ, выбирайтесь!

Он постучал пистолетом по крыше «Вольво». Саша и Денис покинули машину через заднюю дверь. Пилот тут же поднял трофейный «калаш». Барков вооружаться не стал. При одной мысли, что придется снова стрелять в людей, ему становилось тошно.

Сопровождаемая испуганными взглядами присевших за своими машинами зрителей компания быстро покинула место происшествия. Миновав забитый транспортом перекресток, группа двинулась по Яузскому бульвару в сторону заветной Солянки. Некоторое время Барков оглядывался, ожидая, что сзади вот-вот завоют сирены и в погоню за «дважды выжившей, где не положено» группой отправятся какие-нибудь омоновцы, но ничего подобного не произошло. Словно и не было никакой перестрелки, десятка трупов и четырех изрешеченных машин прямо на Бульварном кольце…

– Это было нечестно, – негромко сказал он Владиславу, когда впереди показалась площадь Яузские ворота.

– Только без морализаторства. – Седой смерил Сашу суровым взглядом. – Мы на войне. На худшей из возможных – гражданской. Или мы, или нас.

– Они не могли нас убить, – заупрямился Барков, – и вы это знали.

– Да, я это знал, – чеканя каждое слово, ответил Владислав. – Но кто может знать, сколько продержатся наши микроскопические защитники против роботов Системы? Они могли не выдержать натиска и снять с нас броню в любой момент.

– Это заблуждение. Если вы действительно так думаете, то перестраховываетесь. Роботы второй генерации пока не собираются воевать с нашими. Они считают «С4» своими. Вот когда поступит приказ от «Сокола» или Системы…

– Вот именно – пока нет приказа. Система вполне могла его отдать. Благо что без чуткого руководства Главного и надзора «Сокола-3» она перестала отличаться сообразительностью, но в любой момент она может очнуться. И закончим на этом.

– Как скажете, – Саша вдруг придержал седого за рукав. – Стойте! Я… чувствую маяк. «Невод»! Это он! «Невод» снова работает!