– Хватило. В общественные места и правительственные здания агенты проникли уже давно. Частные дома и квартиры этого района оставались последним «необработанным» участком. Правда, не обошлось без накладок, но ничего серьезного. Один из полицейских патрулей попытался узнать у добровольцев – что это они делают. Ответ «вводим дополнительный защитный код» полицию не устроил.

– А кого бы устроил? – хмыкнул Марьин. – Ясно же – липа.

– Хватит уже, да? – Семенов несильно хлопнул ладонью по столу. – Ты здесь капитан или комментатор?

– Капитан, – Марьин смерил его равнодушным взглядом. – Поэтому и не спрашиваю у тебя, можно мне комментировать или нет.

– Я не возражаю, Игорь, – вмешался Главный. – Даже приветствую. Мне не нужны послушные пешки, я ценю, когда у людей есть собственное мнение на любой случай.

– Ну, и что полисмены? – Марьин снова принялся за еду.

– Дотошные полисмены попытались устроить разбирательство, но одного из них вдруг ударило от замка током, да так, что второй был вынужден везти коллегу в госпиталь.

– Тактическая защита? – спросил старпом.

– Да. А на атомной станции тем временем вышла другая заминка. Чтобы отключить опасный энергоблок, потребовались добровольцы. Радиационной опасности не было, но сотрудникам оказалось достаточно понимания, что станция в любой момент может взорваться, и никто из них не горел желанием идти в опасную зону.

– И вот, когда все уже отчаялись… – сквозь набитый рот промычал Марьин.

– Да, в этот самый момент добровольцы нашлись. Они вошли в отсек и…

– Отремонтировали реактор с помощью отвертки, паяльника и такой-то матери, – капитан хмыкнул и помотал головой.

– Нет. Только они вошли, на пульте отказали камеры внутреннего наблюдения. Но через минуту все восстановилось. В том числе и нормальная работа станции. Спецкомиссия обследовала приборы и пришла к выводу, что все в порядке, будто ничего и не ломалось. Добровольцев попытались расспросить, но те сослались на нервное перенапряжение и уехали. А отъехав, позвонили старшему наблюдателю и доложили, что инсталляция началась как с периферии, усилиями агентуры, так и из единого центра, через линии электропередачи от атомной станции… Вот такая история.

– Значит, столица Зеленого континента тоже наша, – Марьин отхлебнул кофе. – Это хорошо. Вы великий человек, господин Главный. Такие дела проворачивать… Да, великий.

После завтрака он заметно подобрел.

– Великими становятся дилетанты, капитан, – Главный улыбнулся. – Профессионалы слишком хороши, чтобы опускаться до величия.

Марьин, демонстрируя, что оценил высказывание, склонил голову и отсалютовал кофейной чашкой.

– За профессионалов.

– А в других местах, это… ну, это внедрение, тоже происходит? – заинтересовался Семенов.

– Уже произошло, – ответил Главный. – Почти везде. Осталось дождаться самого важного рапорта – из Москвы, – и можно начинать установку Системы.

– Круто, – Семенов покачал головой. – А что конкретно внедряется, что за чипы? С Китаем мне все более-менее понятно – вся электроника местного производства собрана на базе процессоров из Шанхая и потому подчинится Системе без проблем. А вот с Австралией сплошной туман. Что это за «черные ящички» и зачем надо было проникать на станцию?

– Потерпите, Игорь. Когда «Сокол» откроет вам содержимое секретных файлов, вы все поймете.

– А почему вы не расскажете мне все сами?

– Потому что инсталляция системных элементов —по-вашему, внедрение – это лишь предварительный, а значит, обратимый и весьма опасный для всего проекта этап. Если произойдет утечка информации, наши враги могут его сорвать. Поэтому даже носители «Соколов» узнают всю правду не раньше, чем системные элементы займут свои места и начнется непосредственная установка Системы.

– Страховка плана?

– Скорее – дублирование страховки. Обещаю, вы не будете томиться в неведении ни одной лишней секунды. Как только придет последний рапорт, «Сокол» немедленно откроет вам всю правду.

– Ну что ж, подождем, – Семенов поковырял вилкой бекон. – А кто московский резидент? Может, его поторопить?

– Не стоит. Он и сам заинтересован в скорейшем разрешении ситуации. Иначе его может постичь участь Боброва.

– Постойте, это не Манилов ли, случаем?! – осенило Семенова. – Ну, тогда понятно! Разменяете его?

– Будет зависеть от обстоятельств.

– Я бы разменял. Он же типичный неудачник. К тому же наверняка под колпаком и у ФСБ, и у СБН. Да и военная контрразведка на него дело завела после всей этой катавасии в Горной Крепости – сто процентов.