Еще через несколько домов он предложил остановиться и позавтракать.

– У нас есть как минимум час до открытия магазина. Найди место, где можно сидеть и наблюдать улицу из окна.

Жас повернула налево, потом направо и остановилась у кафе.

Они сели за столик у окна с видом на широкий бульвар и заказали cafe au lait [29] и круассаны. Пока ели, говорили мало, ковыряя сдобные булочки. Несмотря на то что никто из них не упомянул о том, что было ночью, Жас чувствовала, что идет молчаливое обсуждение. Она не знала, произошла ли встреча ради них с Гриффином, или же это просто был выход из ужасной ситуации. Ей надо в этом разобраться, но лишь когда Робби найдется и окажется в безопасности.

– У меня есть около двухсот евро, – сказал Гриффин. – На снаряжение этого должно хватить. Но если мало, у тебя есть наличные?

– У меня кредитка.

– Не надо использовать кредитные карты. Их можно отследить.

– Когда мы все это купим, как потом занести в дом, не насторожив полицию и не вызвав у них подозрений? – спросила она.

Гриффин медленно отпил кофе.

– Малахай в записке оставил тебе свой телефон?

Жас поискала записку в блокноте и протянула ему.

Гриффин достал свой телефон и набрал номер психотерапевта.

– Малахай, это Гриффин. Я с Жас. Нам нужна ваша помощь.

Через полтора часа Жас остановилась у Дома Л’Этуаль и открыла ворота во двор. Любой мог видеть, как она припарковала машину, из которой вышли трое. Жас, Гриффин и Малахай Сэмуэльс с чемоданом. Гость, собирающийся у нее пожить.

От гостиницы Малахай приехал на такси и встретился с ними возле спортивного магазина, где они сложили свои покупки в его чемодан.

В доме Гриффин сразу включил стерео и отнес чемодан на кухню.

– Дайте мне несколько минут, – сказал он. – Надо позвонить Элси, должен ее разбудить.

– Делаешь это каждое утро? – спросила Жас.

– Где бы я ни был, – ответил Гриффин и направился в гостиную.

– Он хороший человек, – заметил Малахай. – Робби повезло, что он его друг.

Жас кивнула, не решившись произнести хоть что-нибудь. Преданность Гриффина своей дочери растрогала ее.

Жас открыла чемодан и с помощью Малахая выложила снаряжение на стол.

– Спасибо, – сказала она. – Вы очень любезны.

– Не стоит благодарности. Я приехал сюда именно для этого. Помогать тебе, чем смогу.

Она взяла шлем и кухонными ножницами отрезала ценник.

– Нам многое предстоит. Судя по тому, что сказал Гриффин, не уверена, что вы сможете убедить Робби продать вам черепки.

– Я собрал около четверти миллиона долларов.

Она покачала головой.

– Кажется, Робби кого-то отравил насмерть. Деньги не смогут заставить его изменить решение. – Она снова покачала головой. – Это просто сумасшествие. С самого детства он делал ради идеалов то, чего не стоило. Он чуть не погиб, когда был в Тибете в разгар восстания, чтобы узнать, как помочь монахам спасти их реликвии. Но теперь…

– Его вера сильна.

– В несуществующие вещи, в черепки, которые всего лишь часть выдуманной сказки. Мифы – это лишь метафоры.

– Остатки сосуда не миф. Они реальны. Реинкарнация тоже реальность, – сказал Малахай.

Он был готов сражаться, Жас – нет.

– Это не стоит того, чтобы умереть, – сказала она.

– Все, ради чего стоит жить, достойно того, чтобы умереть. – В голосе Малахая прозвучала тоска, и Жас замялась с ответом.

– Вы говорите, как он.

– Вера нас объединяет во многом.

– Никогда не думала, что вы романтик.

– Это меня не удивляет. Я знаю тебя гораздо лучше, чем ты меня.

– Я вас вообще не знаю.

– Жас, я ужасно хочу узнать, что написано на черепках и были ли в сосуде духи, помогающие людям вспомнить их прошлые жизни. Но я пришел не просто раздобыть инструмент памяти. Я здесь потому, что беспокоюсь за тебя. Хотел быть рядом, если понадобится помощь. Когда-то у меня был брат… – Он умолк на несколько секунд. – Хочу помочь найти твоего брата.

Малахай положил руку ей на запястье.

После того как ночью Гриффин вытащил ее из люка, рука покрылась синяками, и Жас постаралась не вздрогнуть от прикосновения.

Он посмотрел на синяк.

– Это я ушиблась. Пустяк.

Вернувшись в комнату, Гриффин закрыл телефон и спрятал его в карман. Жас заметила, что широкий лоб Малахая слегка нахмурился.

– Как Элси? – спросил он.

– Тяжелая утрата. Ночью сдохла одна из ее золотых рыбок. Пришлось пообещать вместо нее двух других и подводный замок.