Сарис Пантер добралась на своем сером с металлическим отливом «МГ-Метроспорте» до станции Нью-Коста, а там закатила машину в автомобильный вагон, следующий на Элан. Этот вагон представлял собой полно­стью герметичную алюминиевую трубу с яркими полосками полифото на по­толке и парой узких окошек на каждой стороне. Из-за низкой посадки «МГ» окна оказались выше уровня ее глаз. Система погрузки довела ее машину до огромного внедорожника «БМВ 6089», а затем намертво закрепила колеса. По­зади нее пристроился «Форд Юкон».

Затем она приказала автомобильной системе опустить спинки сидений и устроилась поудобнее. Эл-дворецкий развернул перед ее виртуальным взгля­дом широкий набор сюжетных линий, которые Карие и стала заполнять, сплетая их согласно своему замыслу. В современном мире поднялся спрос на длинные, слегка фантастические саги, а из всех жанров Карие отдавала пред­почтение именно им. Ант, ее агент, не хотел упускать возможности. Он ут­верждал, что неопределенность ситуации с праймами вызывает у людей же­лание укрыться от реальности. Ему лучше знать. Ант был старше самого Найджела Шелдона и уже несколько веков занимался одной и той же работой. Он знал все творческие течения и не раз наблюдал за сменой циклов в лите­ратурной моде.

За двадцать минут до отправления поезд подцепил электрический локомо­тив «Фантом-Т5460». Путь с Августы привел их в Нью-Йорк. Оттуда транс­земная ветка проходила через станции «Талахасси», «Эдмонтон», «Сиэтл», «ЛА-Галактик», «Мехико», «Рио» и «Буэнос-Айрес», затем через «Тихий оке­ан» до «Сиднея», откуда поезд уходил на «Уэссекс». Поездка по Земле с оста­новками на пяти станциях для погрузки новых автомобилей заняла около часа. В «Уэссексе» пришлось немного задержаться, поскольку там подцепили еще шесть вагонов, а через пять минут они уже добрались до перехода на Элан. Еще минута — и поезд вышел на длинную платформу в Ранвиче, столице планеты.

Автоматическая система «МГ» подключилась к местному маршрутизатору, произвела оплату местного налога на ввоз автомобилей и вывела машину к аэ­ропорту. До сих пор поездка проходила строго по расписанию. На взлетной полосе ее уже ждал «Сиддли Локхид-СР505», огромный шеститурбинный само­лет. «МГ» заехал в открытый грузовой отсек, и электромускульные зажимы снова зафиксировали колеса. Здесь уже стояло полтора десятка машин и два автобуса. Такой самолет, кроме ста двадцати пассажиров, размещавшихся на верхней палубе, мог перевозить еще и шестьдесят пять тонн груза.

Следующие три часа, пока самолет летел вдоль экватора на скорости в де­вяносто пять сотых Маха, Карие провела в удобном кресле первого класса, попивая шампанское, предложенное симпатичным стюардом. Поступило два вызова от Анта — по обсуждению сценария и ускорению переговоров по усло­виям контракта. Его личное внимание не могло не польстить Карие — клиент­ский список этого агента был закрыт уже больше ста лет. Если все пойдет хо­рошо, ее сага станет хитом унисферы на следующие шесть месяцев.

Самолет приземлился на южном континенте, в аэропорту Кингсклер, и там Карие снова пересела в «МГ». На горизонте уже показались вершины гор Да­усинг.

На будке дорожных сборов в начале магистрали, ведущей к Рэндтауну, по­явился новый знак: «Проезд военных автомобилей запрещен», а наверху светя­щейся оранжевой краской из баллончика кто-то приписал: «Смерть тупоголо­вым предателям человечества».

Забавно, — пробормотала Карие.

На остановке возле пункта сбора она, не выходя из машины, приложила к контрольной пластинке большой палец с татуировкой кредитки. Массивный шлагбаум поднялся, и она въехала на шоссе. Перед ней простиралась совершен­но пустая полоса ферментированного бетона, похожая на стартовый участок гигантской гоночной трассы. Карие вызвала в виртуальном поле зрения всю линейку настройки автомобильной системы и совместила ее с контролирующей движение по трассе программой. Скорость движения регулировалась довольно старым приложением, которое легко было можно отключить стандартными инструментами, имеющимися в программном обеспечении новой модели «МГ». Карие так и поступила, а затем решительно нажала ногой педаль мануального акселератора.

Последовал приток дополнительной энергии в двигатель, и ее вдавило в спинку сиденья. Карие зафиксировала скорость, состыковала показания радара и навигатора с пилотирующей программой и перевела управление в автомати­ческий режим. Снабженные электромускулами шины отреагировали на возрас­тание скорости увеличением ширины покрышек, что обеспечивало лучшее сцепление с покрытием. Машина помчалась со скоростью около трехсот кило­метров в час, и на лице Карие появилась озорная улыбка.

Я сохранил верность, — сказал Дадли Боуз. — Сделал глупость. Ты слы­шала, что я говорил? Видела записи? Я предупредил их, сказал, чтобы они бежали. А потом мой голос умолк. Вероятно, чужаки заставили меня замолчать, наказали за то, что расстроил их планы. И оказалось, что я рисковал своей шеей опять же ряди этого гнусного Кайма. Ради мерзавца, оставившего меня гнить под чужим солнцем. Пожертвовавшего мной ради своего спасения.

Но ты очень даже живой, мой милый, — ответила ему Меллани.

Они лежали на двуспальной кровати гостиничного номера, словно в на­смешку называемого номером для новобрачных. Открытые окна позволяли Дадли любоваться его драгоценными звездами. Меллани с трудом удержива­лась, чтобы не зевнуть. Она отчаянно хотела спать, а новый Дадли Боуз, по­хоже, не мог успокоиться без сильнодействующего снотворного. Было уже три часа утра, и можно было бы подбросить ему пару таблеток, но шампанское уже закончилось, а в такой час даже в «Пайн Гардене», лучшем отеле Рэндта­уна, вряд ли можно рассчитывать на доставку в номер. Черт бы побрал этот захолустный мир.