>мотивация не ясна / память<

Ректор наконец заговорил.

>вокализация / чужаки общаются при помощи звуков / собственная память<

— Будьте вы прокляты! — закричал чужак Боуз, когда обнаженную Эмма­нуэль Вербеке пристегнули к лабораторному столу и из ее сонной артерии на­чала толчками выплескиваться кровь. — Подавитесь своим дерьмом, мерзавцы! Мы превратим вас в радиоактивную пыль и убьем ваших еще не родившихся детей! Мы сотрем память о вас из этой Вселенной. Даже Бог не вспомнит о ва­шем существовании!

>бог / человеческий союзник / память<

Рукописные книги, сотни и тысячи книг, повторяющих несколько древних священных текстов. Легенды о зарождении Вселенной, о посещении домашне­го мира людей сегментом Творца, обещавшим вечное блаженство. Вечное бла­женство в разных формах для разных сообществ. Божественная мифология, в которую ученый Дадли Боуз не верил. Как и в лесных эльфов, которые ока­зались реальными. Сильфены. Какая ирония.

>еще чужаки / классификация / память<

Сотни миров с десятками тысяч не наделенных разумом чужаков. Несколь­ко обладающих интеллектом рас, обнаруженных в процессе экспансии Содру­жества. Их статус — союзники или враги — так и не определен. И один мир без живых существ, планета РИ.

>РИ / человеческий иммобайл / объяснить<

Это не иммобайл. Это продукт эволюции сложнейших программ. Искусствен­ный разум.

>человеческая мысль трансформирована в РИ / функция иммобайла / подтвердить<

Нет, ничего похожего на вас. Некоторые люди, если они не хотят омолажи­ваться, не хотят больше жить, загружают свои воспоминания в РИ.

>парадокс / объяснить<

Не могу. И никогда не мог понять. Все люди разные, у каждого из нас различные убеждения.

>участие РИ в космическом полете / память<

Отдаленное мелькание сливающихся воедино новостных заголовков. Споры политиков о финансировании полета. Интервью Найджела Шелдона. Заявление вице-президента Элейн Дой о поддержке РИ, о желании изучить природу ба­рьеров. Ничем не подтвержденное, поскольку РИ не общается с отдельными личностями — по крайней мере, с Дадли Боузом.

>уточнение статуса / приобщение к полету / память<

Один момент обнаружения окутывания поднял его из обыденности на вер­шину славы. Триумф, за которым последовали месяцы жесточайшей борьбы за место в экипаже «Второго шанса». Удивление собственной решимости и способ­ностям к бессовестным интригам.

>участие праймов-чужаков / объяснить<

Никогда о них не слышал. Никогда не слышал о вас, пока не рухнул барьер. Мы осуществляли исследовательскую миссию. Только с научными целями.

>сообщение от Утеса Утреннего Света-17735 / объяснить<

Это ошибка, на борту «Второго шанса» не было никаких чужаков.

>парадокс / объяснить<

На борту корабля не было чужаков. Гисрадар показал, что барьер вокруг звезды остался на месте.

>конструкция барьера / память<

Отсутствует. Барьеры стояли еще в то время, когда люди не выходили в кос­мос. Барьер создан не людьми.

>человеческое содружество / память<

Сотни миров, соединенные между собой червоточинами. Миры земли, воды и воздуха, теплые миры с чистым свободным небом. Миры, способные поддер­живать жизнь праймов. Если только они будут доступны праймам, все конфлик­ты между иммобайлами, касающиеся территорий, немедленно прекратятся.

>червоточины / память<

Пространственно-временные искажения, сокращающие расстояние до нуля. Могут быть большими и малыми. Идеальный способ передвижения. Идеальный метод общения; группы иммобайлов на разных планетах и в разных солнечных системах, и никаких искажений и задержек. С червоточинами Утес Утреннего Света сможет распространиться по всей Галактике, и отдельные группы займут все звездные системы. Он никогда не умрет, никогда не уступит своего превос­ходства.

>конструкция червоточин / объяснить<

Технические детали создания экзотической материи мне неизвестны, но есть базовые формулы.

>расположение Содружества / память<

В глубине разума того, что осталось от астронома Гралмондского универси­тета Дадли Боуза, название, спектральный тип и координаты каждой из звезд Содружества сияли драгоценными самоцветами.

Слишком близкая звезда класса G1, сияющая с бледного выгоревшего неба, безжалостно поднимала температуру воздуха вдоль всего девяностомиль­ного Венецианского Побережья. Не помогало даже то, что этот красивый островной город располагался лишь чуть южнее северного полярного региона Анаконы и планета еще только приближалась к середине лета. Сочетание гео­графических и календарных факторов обеспечивало городу шестнадцать часов интенсивного солнечного света ежедневно. Конечно, в разгар зимы все меняет­ся, и солнце показывается всего на шесть часов в сутки. Но даже и тогда климат здесь напоминает условия средиземноморского побережья Земли. Близость Анаконы к местному солнцу привела к тому, что область планеты между пяти­десятыми южной и северной параллелями, представлявшая собой каменистую пустыню, оставалась незаселенной.