Определенно они.

Они поднялись на невысокую гряду. Солнце уже скрылось, оставив ярко пламенеющее небо.

Не задерживайся, — сказала Сара. — Здесь нет маяка, который привел бы тебя обратно.

Не беспокойся обо мне, я вижу в темноте лучше многих людей.

Может, у тебя еще и мех вместо кожи? В этом мире по ночам прячутся даже коррок-хи.

Да, конечно. Извини, об этом я не подумал.

Тебе придется думать, если завтра собираешься уйти вслед за сильфенами.

Да, конечно. Знаешь, меня немного удивляет, что ты не хочешь уйти вме­сте с нами.

Когда-нибудь уйду и я, Оззи. Просто время еще не пришло.

Но почему? Ты давно живешь здесь. Не думаю, чтобы ты купилась на рассуждения Джорджа о здешней жизни как об искуплении, которое заставля­ет нас больше ценить свою жизнь. Насколько я понимаю, тебя здесь никто не держит. Или я ошибаюсь??

Его давно мучил этот вопрос, поскольку его собственные намеки неизменно оставались без внимания.

Нет, — неторопливо ответила она. — В данный момент — никто.

Это плохо, Сара. Все мы в ком-нибудь нуждаемся.

Хочешь предложить свою кандидатуру?

Насмешливое презрение в ее голосе заставило его задуматься. Сара остано­вилась и посмотрела ему в лицо.

Ну, что? — спросила она.

Черт побери, какой же я идиот! — воскликнул Оззи.

О чем ты?

О нас. О тебе и мне. Валяем дурака.

Но ты же… Ох!

Что я? — подозрительно спросил он.

Я думала… мы все думали, что ты и Орион…

Что я и Орион? Проклятье!

Хочешь сказать, он не…

Нет. Абсолютно нет.

Понятно.

И я тоже — нет.

Ладно. Извини. Это недоразумение.

Но ведь не поэтому…

Нет, конечно. У меня было немало друзей-геев.

В самом деле?

— Что ж, теперь все ясно.

— Да.

Остаток пути до палаток они проделали в молчании. Все остальные уже за­брались внутрь, и густой черный дым над каждым аккуратно вырезанным от­верстием свидетельствовал о готовящемся ужине.

Оззи, — заговорила Сара перед входом в палатку.

Угу.

Завтра, когда сильфены будут охотиться на ледовых китов, умерь свое любопытство. Каким бы волнующим, отталкивающим или восхитительным тебе ни показался этот процесс, не вмешивайся, держись в стороне.

Так и сделаю.

Надеюсь. Я понимаю, почему ты здесь оказался, я видела это в людях и раньше. Ты думаешь, что на тебя возложена какая-то миссия и это делает тебя неуязвимым. Может, и так, но поверь мне, завтрашний день — неподходящий случай это проверять. Я в курсе твоих безумных идей насчет природы сильфе­нов, но завтра особый день.

Я буду осторожен, обещаю. Мне надо заботиться о мальчике и чужаке.

Их разбудили при первых признаках приближающегося рассвета. Несмотря на присутствие еще десяти человек в палатке, Оззи заснул сразу, как только застегнул свой спальник. В эту ночь ему впервые не пришлось терпеть этот вездесущий красный свет. Они с Орионом позавтракали сухими пайками, ста­раясь не обращать внимания на резкие и обидные комментарии остальных, кому пришлось довольствоваться обычной для Ледяной Крепости пищей — заварен­ными в кипятке плодами кристаллического дерева и кусочком мяса ледового кита. После завтрака заполнили фляги кипяченой водой, в двух флягах раство­рили энергетический напиток, а еще в две добавили суповой концентрат. Затем все поспешили посмотреть на начало охоты, а Оззи и Орион стали упаковывать свои вещи, надеясь, что в этом мире делают это в последний раз.

Ночью шел снег; клочья перистых облаков превратились в крохотные жест­кие снежинки, припорошившие все поверхности. Оззи и Орион стряхнули снег с верхнего полога, накрывавшего санки Точи, и сняли его. Оззи в душе испы­тывал настоящий страх. Что они обнаружат? Окоченевший труп? Но термо­брикет сделал свое дело. Точи, похоже ничуть не огорченный вынужденным одиночеством, помахал им из-за кристаллического экрана.

Они так и остались вдвоем около саней, немного в стороне от остальных, собравшихся перед палатками. Из их лагеря открывался отличный вид на ни­зину, где должна была состояться охота. И Оззи понял, почему коррок-хи вы­брали место для ночевки на возвышенности, — здесь они были вне досягаемости для оружия сильфенов.

Сегодняшняя охота должна была проходить между оврагами и заросшими кустарником холмами, поднимавшимися со дна кратера. Всадники разделились на две группы. Первая отправилась вдоль гребня скальной гряды, пересекающей кратер, к самому ее краю. А вторая, огибая кратер по краю, устремилась в про­тивоположную сторону. Пешие сильфены, разбившись на мелкие отряды, скры­лись в оврагах и среди валунов.

Оззи с возрастающим интересом наблюдал, как некоторые всадники по од­ному отъезжали от группы и неподвижными часовыми застывали у подножия отдельных скал. Спустя сорок минут последний всадник добрался до вершины гряды и тоже остановился. В миле от него вторая группа всадников таким же образом выстроилась вдоль края кратера.

В морозном воздухе пропел звонкий протяжный звук рога.

Прикройте глаза, — предупредила их Сара.

Оззи и Орион переглянулись. Об этом им никто еще не говорил. Оззи быстро шагнул вперед, загораживая собой кристаллический экран. Затем он снова по­вернулся к кратеру и включил увеличение, остановив взгляд на самом далеком всаднике у скал. Сильфен привстал в стременах и занес руку в классической позе для броска копья. Оззи едва успел включить фильтры визуальных вставок. Сильфен метнул копье. Даже при полном приближении он с трудом смог усле­дить за серебряной полоской, мелькнувшей в воздухе с невероятной скоростью. Тем не менее он успел заметить, что и стоящий напротив сильфен у края кра­тера тоже бросил копье.