Марк переоделся в комбинезон и начал тестировать первую машину. Под­шипники в двигателе оказались изношенными до предела. Марк все еще лежал под машиной, когда пришла Оливия, его помощница по продаже машин.

Ты слышал? — взволнованно спросила она.

Марк выкатился на плоской тележке из-под заляпанного грязью автосбор­щика и окинул ее страдальческим взглядом.

Вольфрам наконец попросил разрешения зайти к тебе на чашку кофе?

Очередное романтическое увлечение длилось уже две недели, и Марк каждое

утро получал подробный отчет о развитии сюжета.

Нет! «Второй шанс» вернулся. Сорок минут назад они вышли из гипер­пространства над Аншаном.

Черт побери! Это правда?

Марк и не пытался скрыть свой интерес. Если бы не семейные обязанности, он сам бы попытался стать членом экипажа в этом путешествии. Полет стал для него главной частью интересной жизни, проходящей за пределами Авгу­сты. Со временем он собрал столько информации о проекте, что статистиче­скими данными и отдельными фактами успел утомить множество людей. Эл-дворецкий должен был уведомлять его обо всех новостях, связанных с по­летом, но сегодня по пути в город он заблокировал выход эл-дворецкого в киберсферу, чтобы избежать срочных вызовов вроде случая с «Чаем для двоих». В мастерской же он забыл снять блокировку, и связаться с ним могли только родные.

Что они обнаружили? — нетерпеливо спросил он, подключая выход на киберсферу.

Он исчез или что-то вроде этого.

– Что?

В его виртуальном поле зрения уже стали появляться строчки новостей.

Барьер. Он исчез, как только они начали его исследовать.

Ну и ну!

Его виртуальные пальцы стали нажимать на иконки, запрашивая данные из разных источников. В конце концов информации стало так много, что Марк с Оливией прошли в комнатку позади торгового зала и включили голографи­ческий экран. ККТ транслировала видеосегменты исследований, доставленные на корабле. Информационные компании с готовностью набрасывались на них, сопровождая документальные записи собственными комментариями.

Оливия была права: барьер исчез. Это известие шокировало Марка, как шокировала бы новость о внезапной смерти кого-то из родных. Он никак не мог этого ожидать. Судя по неопределенным высказываниям различных экспертов, новость в равной мере ошеломила и их.

Дорога за оградой мастерской почти опустела. В «Русском шоколадном доме» напротив экраны над стойкой пестрели точно такими же изображени­ями. Посетители, забыв о напитках, сидели за столиками и завороженно рас­сматривали таинственный барьер. Марк связался с Лиз и спросил, смотрит ли она новости. Она ответила, что вместе со всем персоналом питомника «Дан- баванд», где она работала, как раз следит за репортажами на экране в служеб­ном кабинете.

С благоговейным ужасом Марк смотрел, как на дисплее на его столе враща­ются сферы и кольца Темной Крепости. Масштаб происходящего даже трудно было себе представить. Затем последовала панорама звездной системы Дайсона. Наблюдение за ядерной бомбардировкой из безопасного кабинета вызвало у него трепет запретного наслаждения. Объяснений этому явлению не мог пред­ставить ни один из комментаторов, присутствующих в студии Алессандры Барон. Она обратилась к антропологу-специалисту по культурам чужаков и по­просила его объяснить, почему вышедшая в космос раса ведет такие ожесточен­ные бои. Но и у него не нашлось никаких предположений.

Марк не замечал, как час проходил за часом. Только когда Оливия объяви­ла, что у нее начался обеденный перерыв, он с трудом оторвался от экрана и уставился на помощницу, словно не понимая, о чем она толкует.

— Да, конечно, — наконец пробормотал Марк. — Не думаю, что сегодня кто- нибудь придет покупать машину.

Он решил, что и самому пора сделать перерыв, и закрыл за собой ворота мастерской. Для середины дня на бульваре было непривычно тихо. Резкий по­рыв ветра с озера заставил его натянуть на голову капюшон ветровки. Остекле­невшие взгляды немногочисленных прохожих свидетельствовали о том, что они увлеченно следят за новостями в виртуальном поле зрения. Возвращение кос­мического корабля никого не оставило равнодушным: оно казалось не менее важным, чем финал Кубка, когда всю первую половину матча бразильцы игра­ли так, словно напрашивались на поражение.

Марк бессознательно взглянул на Черный Дом, где жил Саймон Рэнд, гадая, как тот объяснил бы все, что сейчас стало известно. Огромное здание в георги- анском стиле стояло над восточным краем залива, посреди тщательно ухожен­ного поместья в десять акров. На склонах вокруг него было построено немало роскошных домов, но ни один из них не имел столь величественного вида. Многие поместья принадлежали первым поселенцам, мужчинам и женщинам, совершившим героический поход вместе с Саймоном и построившим дорогу через горы.

Прошло уже пятьдесят пять лет с тех пор, как Саймон Рэнд прибыл на меж­планетную станцию Элана с целым составом дорожных комбайнов «JCB», от­рядом различных роботов и грузовиков, запрограммированных на гражданское строительство. Уже в те времена он обладал достаточными средствами: этот отпрыск одного из Великих Семейств Земли, живущий первой жизнью, обна­личил свой трастовый фонд, чтобы купить мечту. Под впечатлением легенд об Орегонском пути4 он решил основать совершенно новое поселение и защитить его от современной скверны. Элан, открытый для заселения за пару десятков лет до этого, показался ему отличным отправным пунктом. Планетарное пра­вительство предлагало немалые скидки застройщикам и инвесторам, вклады­вавшим средства в развитие новых населенных пунктов. По их расчетам, пред­приимчивые дельцы перевезли бы сюда целые заводы, а вокруг них разверну­лось бы строительство. Нестандартное представление Саймона Рэнда о зеленом сообществе отличалось от общепринятой концепции, но показалось достаточно безобидным, и чиновники вручили ему документы на землю, полагая, что аван­тюра была обречена на провал — в конце концов, миры Содружества стали свидетелями многих глупостей и разбитых надежд эксцентричных романтиков.