Шрифт:
Спасибо, — поблагодарил его Уилсон. Он смотрел на красный круг, ощущая, как стремительно испаряется чувство изолированности. — Барьер твердотельный?
Нет, сэр, — сказал Танде Саттон. — Мы уже зарегистрировали поле притяжения звезды. Если бы барьер был твердотельным, его масса могла быть равной массе средней звезды, а может, и больше.
Итак, он блокирует нейтрино, элементарные частицы и большую часть электромагнитного спектра, но не гравитацию. У нас имеются подобные силовые поля?
Отдаленно похожие, — ответил Танде. — Я уверен, генератор с такими же свойствами можно построить. Но это нелегко.
И какая мощность потребуется для активации поля такого размера?
Танде заметно вздрогнул. Бруно и Рассел, заметив его смущение, ухмыльнулись.
Большая часть ядерной энергии светила.
Можно определить эту недостачу?
Вряд ли. Для сравнения нам потребовались бы результаты наблюдений за звездой до окутывания, а этим никто не занимался.
Хорошо. Если уж вы засекли гравитационное поле, можно ли определить наличие планет внутри барьера?
Пока еще нет. Надо подойти ближе.
Анна, снаружи барьера есть какие-нибудь признаки активности? Любой активности?
Нет, сэр, ничего. Ни микроволновых каналов, ни лазерного, ни радарного излучения. Нет ни следов плазмы, ни даже химических остатков ракетных двигателей, хоть мы и настраивали спектр анализатора специально на них. Нет и признаков червоточин. Судя по показаниям датчиков, кроме нас здесь никого нет.
Уилсон перевел взгляд на Оскара.
Мне начинает казаться, что это похоже на останки, — с разочарованием в голосе сказал помощник капитана.
Ладно. Запускайте гисрадар. И внимательно следите за любыми откликами. Гипердвигатель, будьте наготове.
Есть, сэр.
Пару минут все присутствующие в рубке напряженно наблюдали за действиями Ту Ли и Анны, посылавших гравитационные волны из генератора червоточины.
Невероятно! — воскликнул Танде Саттон. — Он просто отражает импульсы, словно зеркало. Это указывает на весьма сложную квантовую структуру. Правда, мы и без того догадывались, что будет нелегко.
Мы получили какие-нибудь отклики? — спросил Уилсон.
Анна и астрофизики отрицательно покачали головами.
Как и прежде, никаких признаков активности. Но на таком расстоянии диапазон приема ограничен. Сигналам электромагнитного спектра потребуется месяц, чтобы добраться до нас.
Меня больше интересуют изменения гиперпространства и квантовой структуры.
Пока ничего.
Хорошо. Оскар?
Мы уже далеко забрались, — сказал Оскар. — И до сих пор не было причин поворачивать назад.
Согласен. Подготовьте корабль к возможному столкновению с враждебными силами. Гипердвигатель, переместите нас на миллион километров над экватором барьера.
Есть, сэр.
Выход из червоточины сопровождался широким мерцающим кольцом че- ренковского излучения. Голубое свечение рассеялось так же быстро, как и возникло, и корабль остался парить в миллионе километров над ровной поверхностью барьера. С такого расстояния закругление оболочки звезды было уже незаметно, и преграда казалась плоской стеной, тянувшейся до бесконечности во всех направлениях, будто «Второй шанс» достиг края Вселенной.
Сквозь барьер нам не пройти, — заявлила Ту Ли, как только они вновь оказались в реальном пространстве.
Что ты хочешь этим сказать? — спросил Уилсон.
Барьер блокирует и червоточину тоже. При нашем приближении возникло существенное эхо экзотической энергии. Помимо всего прочего, действие барьера распространяется и на квантовые поля. Червоточина сквозь него не пройдет.
Значит, туда пути нет, — пробормотал Уилсон.
Или оттуда, — добавил Оскар.
Уилсон повернулся к астрофизикам.
А гравитационные волны смогут проникнуть внутрь?
Посмотрим, — без особой надежды сказал Танде.
Развертка на экране гисрадара выдает однородную поверхность, — доложила Анна. — Нейтринный поток не проходит. Никогда не видела таких низких показателей.
Какова толщина барьера?
Это значение можно применить только к твердой материи, — сказал Танде. — А мы имеем искусственно созданную трещину в квантовых полях, проявляющуюся в пространственно-временном измерении. Технически барьер не обладает толщиной. Он существует как бы в двух измерениях.
Превосходно. — Уилсон не мог оторвать взгляд от экрана радара. — Есть какие-нибудь признаки присутствия космических кораблей?