— Входите, миссис… — Она запнулась, понимая, что не знает, как зовут гостью.

— Мисс Дейвис, — представилась Мог, перешагивая порог. — Но все зовут меня Мог. Бэлль — дочь моей подруги, своих детей у меня нет, но я помогала растить Бэлль с рождения.

— А я — Лиззи, — сказала миссис Стюарт, шагая по узкому коридору в большую теплую кухню. — Я бы пригласила вас в гостиную, но там очень холодно. Пока Эми не исчезла, я всегда топила там камин, но теперь в этом нет никакого смысла.

— Я тоже живу в кухне, — призналась Мог. Она оглядела комнату, отмечая, какая здесь повсюду царит чистота, а стол и пол тщательно вымыты. Два стоящих у плиты кресла добавляли домашнего уюта. — Зачем тратить хороший уголь на растопку камина, если не будешь сидеть рядом с ним? Вы говорите, что вашей Эми было тринадцать, когда она исчезла. Полиция кого-нибудь подозревает?

Лиззи печально покачала головой.

— От них толку, как от козла молока. Полицейские уверяли меня, что она сама вернется домой, когда нагуляется. Но я знаю, что моя девочка никогда бы так не поступила, она не стала бы меня пугать.

— А как вы думаете, что с ней произошло? — спросила Мог.

— Я твердо уверена, что ее продали в рабство, — ответила Лиззи.

В некоторых газетах часто появлялись статьи о молодых женщинах, которых похищают, а потом продают. Раньше Мог считала, что это выдумки паникеров, страшилки, сочиняемые для того, чтобы продать больше газет. Однако как бы раньше она ни смеялась над фантастическими историями о молодых англичанках, которых продают наложницами в гаремы арабских шейхов, теперь, когда Бэлль пропала, эти истории больше не казались Мог занятными.

— Не думаю, что существует торговля людьми, по крайней мере, не в том виде, как пишут в прессе, — мягко возразила Мог. — Но мне кажется, вашу Эми украли те же люди, что и Бэлль.

Она не хотела слишком расстраивать женщину.

— Понимаете, один мой друг наводил справки, когда пытался найти Бэлль, и наткнулся на список имен с адресами. В нем была и ваша Эми, поэтому я к вам и пришла.

— В таком случае следует отнести этот список в полицию! — воскликнула Лиззи.

Мог оробела. Она не знала, можно ли доверять этой женщине. Миссис Стюарт — уважаемая матрона, и если Мог станет рассказывать ей об убийстве проститутки, она может побежать по улице, крича как резаная.

— Мы полагаем, что у человека, который за этим стоит, есть связи в полиции, — ответила Мог. — Поэтому я бы не рискнула соваться к ним, пока у меня не будет веских доказательств того, что это именно он похищает юных девушек. Но я намерена пройтись по остальным адресам в списке, и если все указанные в нем девушки исчезли, тогда полиция просто так от нас не отмахнется.

— Вы намекаете на то, что вся полиция куплена? — Голубые глаза Лиззи расширились, как у наивного ребенка.

— Скажем так: иногда полицейские смотрят в другую сторону, особенно когда преступник сильный, могущественный человек, — ответила Мог, не желая лишать собеседницу иллюзий. Лиззи пребывала в блаженном неведении, и несмотря на то, что жила рядом с Севен-Дайлс, видимо, не представляла, что там происходит. — У вас есть фотография Эми?

Лиззи тут же направилась к буфету и принесла семейную фотографию в рамке — снимок, сделанный в ателье. Лиззи сидела на диване рядом с мужем — высоким худощавым мужчиной с пышными усами, а у их коленей на низком табурете устроилась Эми.

— Эми тогда было двенадцать, — дрожащим голосом произнесла Лиззи. — Красивая, правда?

— Настоящая красавица! — согласилась Мог. Девочка была стройной, как отец, светлые волосы были заплетены в косу, которая, словно корона, венчала голову.

— Когда я распускала ей волосы, они доходили до пояса. — Глаза Лиззи наполнились слезами, губы задрожали. — В тот день, когда она исчезла, на ней было ярко-синее пальто — под цвет глаз. Я сама его сшила. Ларри, мой муж, говорил, что глупо шить пальто ярко-синего цвета — на нем тут же будет видна грязь. Но я не послушала его. Эми была такой красивой в этом пальто… — Женщина запнулась. Ее переполняли эмоции.

Мог положила руку ей на плечо в знак сочувствия.

— Эми моя единственная дочь. Боль от ее потери была настолько сильной, что я думала, что умру, — всхлипнула Лиззи. — Иногда я жалею, что не умерла, потому что в этой жизни у меня больше ничего не осталось.

— Я чувствую то же самое после исчезновения Бэлль, — призналась Мог. — А неизвестность убивает еще больше: когда не знаешь, живы твои близкие или мертвы. Но я не падаю духом, потому что не верю, что Бэлль мертва, в глубине души не верю. Я ее найду. А вы? Как вы думаете, Эми убили?

Лиззи покачала головой.

— Не уверена. Я бы почувствовала, если бы она умерла. Ларри не верит моим предчувствиям, он говорит, что я принимаю желаемое за действительное, но мне кажется, что он ошибается.

— Тогда надежда остается, — сказала Мог и сердечно обняла собеседницу.

Лиззи обняла ее в ответ. Так они и стояли некоторое время, две незнакомые женщины, объединенные страхом за своих девочек.

Первой молчание нарушила Мог. В глазах у нее стояли слезы.

— Я ничего не могу обещать, но обязательно приду и расскажу, если что-нибудь узнаю. А если вы вспомните о чем-то, что сможет нам помочь, или просто захотите поговорить, вы всегда меня найдете в «Бараньей голове» на Монмут-стрит.