– Кстати о детях, - сказала я, поднимая на него взгляд, - где они?

– Что? – переспросил он, глядя на меня. – А-а, они у моей сестры.

И это хорошо. Потому что парень явно не в себе. Благодаря Норме мне больше не надо было писать на салфетках, так что теперь я делала заметки в блокноте для заказов.

– И ваша жена ничего не говорила? Не просила о чем-то необычном? Не рассказывала, что волнуется или что кто-то ее преследует?

– У нее подгорел ростбиф, - просиял он впервые за весь разговор, потому что смог ответить хоть на один мой вопрос. – И после этого все покатилось псу под хвост.

– Значит, она серьезно относится к приготовлению пищи.

Он кивнул, потом покачал головой:

– Нет, я не это имел в виду. У нее никогда ничего не подгорает. Тем более – ростбиф.

Куки ущипнула меня под столом, заметив, что я раздумываю, смеяться в этом месте или нет. Быстренько одарив ее фирменным взглядом, я вернула лицу выражение заботы и понимания.

– Вы же профессиональный сыщик, верно? – поинтересовался Уоррен.

Я покосилась на него:

– Дайте определение слову «профессиональный».

Однако он молчал, погруженный в свои мысли, и я сказала:

– Нет, серьезно. Я не похожа на других частных детективов. У меня нет этики, нет норм поведения, нет любимых средств для чистки оружия.

– Я хочу вас нанять. – Его явно не впечатлило мое признание о средствах для чистки оружия.

А я ведь уже собиралась разыграть целое представление, чтобы уговорить Куки работать на меня безвозмездно. Особенно с тех пор, как ей едва хватает того, что я плачу, на еду. Однако же, когда объявятся представители коллекторской конторы, деньги придутся очень кстати.

– Я очень дорого стою, - протянула я, стараясь хоть капельку сойти за шлюху из таверны.

Уоррен наклонился ко мне.

 - А я очень богат.

Я глянула на Куки в поисках подтверждения. Она приподняла брови и кивнула.

– Ага. Тогда, думаю, мы сработаемся. Хотя… минуточку, - сказала я, не в силах остановить чехарду собственных мыслей, - насколько богат?

– Полагаю, достаточно. – Если его ответы станут еще хоть чуточку неопределеннее, то будут похожи на еду в школьных столовых по всей стране.

– Я не об этом. Кто-нибудь просил вас одолжить денег в последнее время?

– Только мой кузен Гарри. Но он всегда просит взаймы.

Может, кузен Гарри совсем отчаялся. Или вконец обнаглел. Записав сведения о Гарри, я спросила:

– Можете вспомнить что-нибудь еще? Что угодно, что могло бы объяснить поведение Мими?

– Вряд ли, - ответил Уоррен, подавая свою кредитку Норме.

Поскольку ни у меня, ни у Куки не было денег на незапланированный кофе, не говоря уже о завтраке, и поскольку меня одолевали сомнения, что мои тапочки с кроликами возьмут взамен…

– Мистер Джейкобс, - проговорила я, снова прикидываясь большой девочкой, - должна вам кое в чем признаться. Я давненько поднаторела в чтении людей, и, без обид, уверена, вы от меня что-то скрываете.

Он пожевал губу. Раскаяние так и сочилось изо всех пор. Правда, вина его была не из разряда «я убил свою жену и похоронил ее безжизненное тело на заднем дворе», а из разряда «мне кое-что известно, но колоться я не хочу».

С громким вздохом он уронил голову на руки.

– Я считал, что у нее интрижка.

В яблочко.

– Что ж, это уже кое-что. Можете объяснить, почему вы так считали?

Похоже, у него не осталось сил, потому что даже пожать плечами толком не получилось.

– Из-за ее поведения. Она отдалилась. Я спрашивал, а она смеялась и говорила, что я единственный мужчина в ее жизни, потому что другого она просто не вынесет.

Для судеб мира, конечно, мелковато, но, учитывая, как сильно, по всей видимости, изменилась Мими, вполне нормально, что муж заподозрил адюльтер.

– Ах да, недавно умерла ее подруга, - сказал вдруг Уоррен. Его лоб пошел складками, пока он пытался вспомнить подробности. – Я и забыл совсем. Мими сказала, ее убили.

– Убили? Как? – спросила я.

– Извините, но я не помню. – И от него хлынула еще одна волна чувства вины.

– Они были близкими подругами?

– В том-то и дело. Они вместе учились в старших классах, но потом не общались. Мими даже ни разу не упомянула ее имени, пока она не умерла. Потому-то я и удивился, что ее убийство так сильно отразилось на Мими. Она была страшно подавлена, но…