– Чарли, пусти меня наконец! Он умирает.

Я слышала, как приближается сирена неотложки.

– Еще минуту! – крикнула я дяде Бобу. Я не могла представить, что сделает Рейес, окажись дядя Боб рядом. – О чем ты говоришь? Что еще за причина?

Спрыгнув с полки, Рейес легко приземлился прямо перед телом и проговорил:

– Меня могут найти. Могут выследить через это тело.

– Это я уже слышала. Но ведь есть еще какая-то причина. Так в чем же дело?

Он покачал головой:

– Ты расчистила путь. Теперь я могу с этим покончить.

Понимание того, что я натворила, ошеломило меня. Я шагнула к Рейесу.

– Почему ты меня не убил, когда был шанс? Тогда не пришлось бы убивать себя.

– Чарли, - заволновался папа, - что происходит?

Рейес коснулся моего лица рукой в перчатке. Жар, который он излучал, ласкал меня, как горячий шелк.

– Убить тебя, - произнес он бархатным голосом, от которого трепетали все потаенные уголки глубоко во мне, - это все равно, что погасить солнце.

Беспомощно моргая, я смотрела, как он поворачивается и поднимает меч, обеими руками держась за рукоять невероятно большого оружия. Лезвие молниеносно пошло вниз, и я метнулась сквозь пространство и время, нырнула под руки Рейеса и накрыла собой его тело. Меч остановился в миллиметре от моего позвоночника.

Рейес поднял его и угрожающе прорычал:

– Уйди.

– Нет. – У меня не получилось сдержать чувства, не дать им пролиться слезами. Поэтому я просто стиснула зубы и продолжала лежать на Рейесе. Даже пропитанное кровью, его тело было как пламя – горячее, полное жизни. Под моими ладонями билось его сердце. У меня в ушах шумел его пульс. – Я тебе не позволю так поступить.

Он шагнул ко мне, опустив капюшон. Теперь я видела суровые черты его лица.

– Ты не понимаешь, что произойдет, если меня найдут, если заберут обратно.

– Я понимаю, понимаю, - умоляюще отозвалась я. – Тебя будут пытать. Ты для них – ключ в это измерение. Но…

– Все не так просто.

Он считает, это просто?!

– Тогда что еще? Скажи наконец.

Рейес скрипнул зубами, всем своим видом выражая неохоту. Но наконец сказал:

– Я как ты. Ключ.

– Я знаю, понимаю.

– Нет, не понимаешь. – Он потер лоб обтянутыми перчаткой пальцами. – Так же как ты – вход на небеса, - он опустил голову, словно ему было стыдно, - я – выход из ада. Если до меня доберутся, сюда пройдут легионы. Им уже не придется искать души новорожденных.

Несколько секунд я обдумывала его слова. Трудно в это поверить, но оказывается, мы похожи больше, чем я себе представляла. Оба – ключи. Оба – порталы. Один в рай, другой в ад. Как зеркало.

– Через меня у них появится прямой путь сюда, так же как умершие через тебя попадают прямо в рай. И первым делом они начнут тебя выслеживать. Со мной у них будет выход из ада, а с тобой – дверь в рай. Теперь отодвинься, или я сам тебя отодвину.

Я и не сомневалась. Еще как отодвинет. Чтобы добраться до своего тела, он просто сбросит меня на пол. Я смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как сердце заходится от боли и обливается кровью. А потом вдруг подняла руку и произнесла:

– Рейазиэль, te vincio.

Он застыл, в глазах светилось изумление.

– Именно так, - добавила я, больше не в силах выносить его взгляд. – Я тебя связываю.

Рейес отшатнулся. По лицу было ясно, в каком он шоке.

– Нет, - выдохнул он, хватаясь за исчезающий плащ. Меч упал на пол, рассыпался на куски и испарился. В глядящих на меня глазах отчетливо читалась мольба. – Датч, нет.

Чувство вины, пронзившее мое сердце, казалось в сто раз хуже всего, что он мог сделать с помощью своего меча. Взгляд обвинял меня в предательстве. А потом он исчез. Через мгновение с громким вздохом очнулось его материальное тело. Рейес задыхался, стиснув зубы от невыносимой боли, исказившей прекрасное лицо.

– Дядя Боб! – закричала я, и они с папой бросились ко мне. – Пожалуйста, помогите ему…

Рейеса устроили в карете «скорой помощи», где сразу поставили капельницу и надели кислородную маску. Сильное крепкое тело теперь казалось хрупким и уязвимым. Больше всего на свете мне хотелось обнять его и прогнать все плохое, что с ним когда-нибудь случалось. Но для этого понадобилось бы сказочное волшебство. Благодаря же моим способностям – или скорее вопреки им – волшебство было последним, во что я верила.

Мы с папой и дядей Бобом сочинили историю еще до приезда «скорой». Якобы мы втроем шли ко мне за какими-то документами, как вдруг я услышала шум в подвале. Там мы нашли Рейеса, который был без сознания, и вызвали неотложку. Сойдет, если никому не вздумается копнуть глубже. Мне пришлось рассказать эту историю раз двадцать, поэтому от нее уже тошнило.

Я сидела в приемном покое, завернутая в папину куртку, чтобы скрыть пропитанную кровью одежду, и надеялась услышать хоть что-то о состоянии Рейеса, пока какой-то доктор засыпал меня вопросами.