– Перед тем, как мы начнем, я хочу спросить кое-что.
– Раздалось ото всюду.

– Ну спрашивай.

– Как ты себя чувствуешь после той бойни, что ты устроила?
– Что я чувствую? Хороший вопрос...

– Мне это не доставило ни капли удовольствия.
– Сказала я чистую правду.
– Но и кошмаров у меня не будет: я сделала то, что должна была сделать.

– Вот как. В таком случае перейдем к делу: сегодня создай извержение вулкана на далеком севере.
– Я тяжело взохнула, закрыла глаза и стала в деталях представлять себе заснеженный пейзаж, высоченную гору, со срезаной вершиной, редкие деревья на склонах, одинокий орел в небесах, высматривающий себе обед...

Как же хорошо иногда проснуться не когда надо, а когда хочется: судя по солнцу за окном, сейчас было никак не меньше девяти утра, что для меня просто чудовищно поздно, но от этой мысли я лишь улыбнулась: на каникулах, имею право! Снова закрыв глаза, и минут пятнадцать провалявшись в кровати, я все же решила вставать, и сев на кровати, осмотрелась. Так-с, что бы сегодня одеть? Хотя нет, сначала надо сходить в душ. Поднявшись на ноги, я вышла в гостиную, и замерла: мне предстало поистине незабываемое зрелище. На стене, под потолком, прямо над входной дверью... Спала арахнида. Да, именно так: на стене. Восемь растопыреных лапок девушки покрывали довольно большую площадь, а чтобы человеческое тело не свешивалось вниз, она схватилась руками за свои перение лапки. М-да... Подойдя поближе, я убедилась, что она действительно спит. Вот так вот, прилипнув к стене! И ладно бы, если места не хватало, но ведь места полно! Хорошо, что хоть Лиз дома не было: уехала отдыхать, а то бедняшку инфаркт схватил бы с утра. Хотя это может быть отличной шуткой... Я улыбнулась этой идее, и взяв с журнального столика газету, запустила ей в арахниду. Прямое попадание! Девушка вздрогнула, поматала головой, а увидев меня за долю секунды оказалась на полу и стала виновато передо мной кланяться. Ну да, рабам не положено спать дольше своих хозяев.

– Раньше как-то не было случая спросить, но ты хоть умеешь говорить?

– Ус кава нир тьяла.
– Сказала она... Что-то...

– Не знаешь языка.
– Констатировала я, на что арахнида кивнула. Ну да, телепатия помогает ей понимать язык, но говорить на нем она не может. Ну хотя бы понимает...
– Имя у тебя есть?
– Девушка посмотрела на меня настолько удивленно, насколько это вообще возможно, после чего помотала головой.
– Ну ладно. Тогда звать тебя буду хмм... Кумо.
– Она только наклонила голову на бок.
– Имя твое. Кумо.
– Объяснила я, после чего арахнида низко мне поклонилась со счастливой улыбкой на губах. Ничего не понимаю.
– Подожди меня тут.
– Приказала я, и наконец добралась до ванной.

– Хмм...
– Я критично осмотрела Кумо: сейчас на девушке была одета моя кофточка, которая была ей немного велика.
– Ну ничего, до магазина дойдем.
– Кивнула я. Ну да, девушку надо как-то приодеть, а то она обматывалась полотенцем с бань Триполя... Вот только что делать с ее нижней половиной? Вряд ли даже в Академии найдутся штаны на восемь ног... С другой стороны надо ли вообще закрывать хитин? А хитин ли это? На вид вроде как хитин, но в то же время я видела, как он гнется и вроде как хитин не настолько гибкий материал... Как же мало я знаю об арахнидах!
– Пойдем, будем покупать тебе одежду.
– Заявила я и вышла на улицу. Кумо от меня не отставала, с любопытством осматривая все вокруг. Надо будет заодно и жилище новое подыскать: деньги на счету у меня имеются, так что можно переехать в платное общежитие, там попросторнее будет, а то тут с Лиз и Кумо будет действительно тестно.

Пока мы шли по улице и покупали одежу, Кумо являлась всеобщим центром внимания, и это ей совсем не нравилось: девушка постоянно одергивала кофточку бросала на меня жалобные взгляды и чуть ли не наступала на пятки, стараясь не отстать от меня ни на шаг. В магазине стало немного лучше, ибо продавцы были людьми бывалыми, и свой интерес старались не показывать. Однако во время примерки никуда не отходили, внимательно рассматривая диковинку. Затоварившись, я решила показать своей новой зверушке город, и мы довольно долго блуждали по Академии. Под конец я прикупила парочку журналов, и вернулась домой, с целью найти где провести остаток каникул: у меня оставалось чуть больше четырех недель, и проводить их в Академии я не собираюсь. Правда вплотную заняться этим делом мне не давала арахнида, постоянно отвлекая меня: то она тарелку разобьет, и чуть ли не плача станет показывать на осколки и жаться по углам, явно ожидая наказания, то постоянно кланясь, потянет меня в ванную, и станет вопросительно разглядывать бутылочки, как будто спрашивая что они делают, то точно так же станет рассматривать содержимое холодильника...

Однако утром следующего дня меня ожидал сюрприз: когда я проснулась и вышла на кухню, меня уже ждал завтрак. Вот только выглядел он... Необычно. Необычно, но тем не менее несъедобным это не выгляело. Спрашивать что это такое я не стала: все равно не ответит. Вернее ответит, вот только я язык дроу не знаю. Но поскольку Кумо выглядела уверенно, я решила попробовать. Ну что могу сказать? Есть можно, но эта еда все же не по мне. И тем не менее я съела весь завтрак, и уже хотела было вернуться к поиску места для отдыха, как в дверь постучали.

– Секунду!
– Я быстро переоделась из пижамы в более приличную одежду и открыла дверь.
– Винсент? Снова в женское общежитие проник?

– Можно войти? Поговорить надо.
– Как-то слишком серьезно сказал он.

– Ну проходи.
– Я отошла в сторону, а когда Винсент зашел внутрь, выглянула в коридор, и убедившись, что никого нет, закрыла дверь.
– Что-то случилось?

– Вот.
– Он протянул мне свежый выпуск газеты.
– Почитай.

– Хм?
– Я с любопытством взяла газету и стала читать. Так-с, что тут у нас? Заголовок гласит "Один из крупнейших центров нелегальной работорговли нейтрализован." Быстро они: только два дня прошло, а об этом уже в газете написали. Ну и что там пишут? Бла, бла, бла, на протяжении многих лет Триполь являлся центром не только легальной торговли, но и нелегальной, бла, бла, бла, за все время оперирования было продано более пятидесяти тысяч человек, из них пять тысяч детей от трех до восьми, бла, бла, бла, раскрыли связь с Коалицией, и сейчас этот вопрос расследуется, бла, бла, бла... Около страницы было посвящено лишь описанию всех зверств, что творили как работорговцы так и их клиенты. Были интервью освобожденных рабов, где они рассказывают как отвратительно с ними обращались и как над ними издевались...

Ага, вот: в результате длительного расследования преступник все же был найден и задержан. Им оказался один из городских предпринимателей, Теранс Вельмонт. В данный момент он находится под следствием, но всем и так понятно, что ждет этого бесчеловечного работорговца. Мы хотели взять интервью у семьи торговца живым товаром, однако нам заявили, что его семья погибла во время задержания преступника. Вся, за исключением дочери Теранса. К счастью мы это узнали вскоре после задержания торговца и одному из наших корреспондентов удалось проникнуть внутрь дома преступника. Вот его слова: "Они говорят, что они погибли во время задержания, но то, что я там видел... Нет, это были не случайные стрелы или заклинания, это была экзекуция! Их убили, причем убили целенаправлено..." Дальше идут описания, однако из-за широкого спектра нашей аудитории мы не можем привести его точные слова. Скажем лишь то, что легко им умереть не удалось. Так же стоит отметить, что выжившая дочь семьи сейчас находится в госпитале с серьезной психологической травмой: что бы она не увидела в ту ночь но это было настолько ужасающе, что девочка сейчас ни на что не реагирует. Что значат эти действия? Беспредел? Месть? Личная неприязнь? Или же Империя наконец всерьез взялась за давно назревшую проблему и решила выжечь ее огнем и мечом? Мы продолжим следить за развитием событий и конечно же будем держать вас в курсе всех изменений ситуации в Триполе.