Этан положил свою сумку на кровать и подошел к одному из окон, затем отдернул роскошные шелковые и бархатные шторы, которые закрывали его. Я бросила свою сумку и последовала за ним, позволяя ему заключить себя в кольцо его рук, в то время как он пристально смотрел в ночь. В отличии от поместья Брексов, в Чикаго было предостаточно света. Мы были посреди жилого квартала, с огнями делового центра вдалеке. Снег все еще покрывал территорию, которая окружала Дом, придавая ей неземной блеск.

Этан вздохнул, обнимая меня покрепче.

— Она не может держать тебя вечно. Нет никаких оснований.

— Не может, — согласился он. — Но это не значит, что она не попробует. Особенно, если она пустословит о внутреннем терроризме и в то же время игнорирует другие городские проблемы.

— Покуда она не попортит твое милое личико.

Этан немного отстранился и посмотрел на меня.

— Мое милое личико?

— Я встречаюсь с тобой, потому что ты выглядишь как конфетка.

Он издал неопределенный звук, сжал меня еще раз, а затем отпустил.

— У нас лучшие в городе адвокаты, — сказал он. — Будем надеяться, что этого будет достаточно.

Я надеялась, что он прав, но надежда не вернет его домой.

Этан сменил свои джинсы и рубашку на черные брюки, рубашку на пуговицах и пиджак в модную полоску, который изысканно облегал его тело. Он зачесал назад свои волосы, затем взглянул на меня.

— Ты невероятно красив для уголовника и террориста, — сказала я ему, в надежде получить улыбку. Но получила я изогнутую бровь, что было достаточно мило.

Мы спустились по лестнице вместе, переплетя пальцы. В фойе было полно вампиров, и у меня появилась неожиданная симпатия к женам дискредитированных политиков, которые производили подобную видимость, пытаясь сохранить приятную улыбку, в то время как адвокаты и вампиры смешались в нижней части лестницы, как акулы, готовящиеся к кормлению.

Магия в воздухе была изможденная и нервная, летая по комнате, как жалящие вспышки молний. Вампиры Этана нервничали, и понятно почему.

— Эндрю, — произнес Этан, протягиваю руку мужчине в хорошо скроенном черном костюме, который стоял рядом с Маликом и Люком. У него была темная кожа, короткие волосы и эспаньолка, которая переходила в усики над верхней губой. Его глаза были темными и решительными. Выражение его лица было серьезным.

— Этан, — поздоровался он, и они сердечно обменялись рукопожатием. — Вы готовы?

Этан кивнул и положил руку мне на поясницу.

— Эндрю, это моя вторая половина. Мерит. Она Страж Дома. Мерит, это Эндрю Бэйли из «Фицхью и Мейерс».

Мы с Эндрю пожали другу другу руки, пока он давал мне квалифицированную оценку.

— Рад с вами познакомиться, хотя мне жаль, что при таких обстоятельствах.

— Взаимно, — ответила я.

Он взглянул на Этана.

— Почему бы нам немного не поговорить? Я бы хотел объяснить, что мы будем делать.

— Пойдемте в мой кабинет, — сказал Этан, затем оглянулся на остальных вампиров в фойе, которые собрались во второй раз за несколько дней, чтобы обеспечить его безопасность и проводить.

— Я не уйду, не попрощавшись, — сказал Этан с улыбкой, от чего они с облегчением усмехнулись. — Мы обсудим детали и скоро вернемся.

Этан блистал во времена кризисных ситуаций. Он знал, когда другим было нужно, чтобы он был сильным, и выполнял эту задачу с самоуверенностью.

Я пошла за Этаном, Эндрю, Люком и Маликом в кабинет, сжав руку Линдси, когда мы проходили мимо нее.

— Я рада, что вы благополучно добрались до дома, — прошептала она, и я кивнула.

Внутреннее оформление кабинета Этана соответствовало всему Дому. Европейская мебель, соответствующее оборудование, встроенные полки из превосходной древесины и вазы с цветами. Его стол занимал переднюю правую сторону комнаты, зона переговоров была слева. В задней части был конференц-стол.

Люк направился прямо к бару, запрятанному во встроенных книжных полках на противоположной стороне и налил янтарного цвета напиток в невысокий стакан. Он сразу же его осушил.

— Тяжелая неделя, Лукас? — спросил Этан с ухмылкой.

— Да, — ответил Люк, выпивая еще одну порцию виски, прежде чем поставить бутылку обратно.

— Каково положение в Наварре? — спросил Этан.

— Вампиры вернулись в Дом, но они по существу под Домашним арестом. Грей принял шестерых вампиров — тех, кто отсутствовал во время облавы и не захотел возвращаться.

Этан посмотрел на Эндрю.

— Они освободят Дом Наварры, если я объявлюсь? И, пожалуйста, присядьте, или выпейте чего-нибудь, если хотите. Бар открыт.